Читаем К Полине онлайн бесплатно
Ханнес был так взволнован, когда начал их читать, что даже не соображал, что Полина писала. Это были какие-то пустяки, надежды относительно новой работы, долгий анализ определённых ковров в мечети Айя София. Ханнес то и дело начинал сначала, долго пробивался через четыре открытки и семь писем. Ханнес читал их в той последовательности, в какой она отправляла, что он мог узнать по пузатой дате, которую Поли всегда проставляла в верхнем правом углу письма. Самое раннее письмо пролежало чуть больше двух лет. Полина отвечала на его письма, посылала ему свой новый номер телефона, свой новый адрес, отвечала на его вопросы, скоро начала спрашивать, почему он больше не пишет, просила у него имейл и объясняла, почему она шлёт письма на адрес отца, а не на квартиру у «Лестницы в небо». Полина подозревала, что Леония вскрывала письма, адресованные Ханнесу, и выбрасывала их. В более поздних открытках и письмах Поли смеялась сама над собой, что пишет их в никуда.
И потом было последнее письмо. Как кулаком в солнечное сплетение.
Ханнес прочитал письмо второй раз. Он встал, погладил Мартини по голове и простился навсегда с подругой своего отца.
Он отправился на станцию и поехал в Шпайхерштадт в «Транспорте-форте», чтобы подать заявление об уходе.
Себастиан Блау чувствовал себя по разным причинам отлично утром того дня, который для него кончится так, будто кто-то выстрелил из пушки в бюро «Транспорте-форте». Но пока что всё шло волшебно. Окрылённый идеей повести своё предприятие в новую эру, Блау решил оживить и свой брак, соответственно он купил для своей жены французских булочек у пекаря, сварил ей кофе и разбудил, а она в благодарность поцеловала его в затылок, чего уже не делала много лет, и – одно вело к другому и завело, невзирая на засаленный фартук и зачерствелое сердце. После этого он покатил в бюро на этом смешном электросамокате, потому что чувствовал себя таким юным. Сегодня он посвятит в свои планы Прагера и скажет, что нашлось достойное применение его таланту и ему не придётся больше мучить своё измождённое тело перетаскиванием клавиров, хотя это, кажется, и нравилось Прагеру. Впредь он сможет посвятить себя целиком настройке. Блау как раз обдумывал повышение зарплаты Прагеру, но и само разрешение ковыряться внутри инструмента было уже достаточным повышением. Блау не терпелось донести до него радостную весть, и он, почуяв раннее утро, стоял прямо, расправив плечи, у окна рядом со своим креслом, когда Ханнес Прагер – в капюшоне, неловкий – прокрался в бюро и протянул ему руку. Вот и хорошо, подумал Блау, очень хорошо, приблизительно так мысли и передаются на расстоянии.
– Спасибо за всё, шеф. У меня кое-какие дела. Я увольняюсь.
– Да на здоровье, нет проблем, – сказал Блау ещё до того, как до него дошёл смысл этих трёх фраз. – Что?
– Личные обстоятельства.
– Так не пойдёт. Ты не можешь уволиться.
– …
– Прагер. Что это с тобой? Ты напился, что ли?
