Читаем Беда онлайн бесплатно
Ее любимый Кайоде. Весь целиком занял дверной проем. На нем черные джинсы, худи с эмблемой «Арсенала», улыбается широко. Ронке покачала головой. В груди заныло. Кайоде хотел ее обнять, но она отстранилась.
— Что такое? Опять тот ублюдок приставал?
— Изобель рассказала…
— Что рассказала?
— Все. — Ронке посмотрела ему в глаза. В ней еще жила крупица надежды. И где-то в глубине души она верила, что это ложь. Но правда была написана на его лице.
— Что бы она тебе ни наговорила, это все брехня. — Каойде отошел, пропуская Ронке в квартиру, но она стояла на месте. — Ладно, ладно! Я должен был сказать все честно. Это так унизительно… Она просто психопатка!
Внезапно у Ронке иссякли силы, и она прислонилась к дверному косяку.
— Кайоде, хватит. Не надо врать. Она все мне рассказала.
— Ронке, послушай… Это не… — Кайоде опустил взгляд.
— Не знаю, почему я вообще пришла. Она же тебе больше нравится. — Ронке развернулась и направилась к лифту.
Кайоде бросился вперед, преграждая ей путь.
— Послушай меня! Я расскажу тебе правду. Все расскажу! Но ты должна мне верить. Пойдем внутрь…
— Нет, говори здесь.
— У нас не было ничего серьезного, отношения без обязательств. Но когда я попытался с ней порвать, она как с ума сошла, не принимала отказ! Все приходила ко мне в квартиру, и мы оказывались в постели… Я был молод и глуп! И я этим не горжусь.
Ронке была разбита. Она медленно сказала:
— Кайоде, ты познакомил ее со своей семьей.
— Нет! Я приехал в Лагос на праздники. Она заявилась к нам домой, наплела маме, что она моя невеста. Целую сцену закатила! Ревела, кричала, угрожала убить себя! Я несколько часов пытался от нее избавиться. Мы уже собирались полицию вызывать. Спроси Йетти, если мне не веришь, — она там была.
Ронке покачала головой.
— Ой, не смеши меня! Если бы это была правда, ты бы уже сказал. Почему ты это скрывал?
— Мне стыдно, пойми. Когда я вернулся в Кейптаун, я был в полной заднице! Она такие ужасные слухи распускала — говорила, что я бил ее, украл ее драгоценности, должен ей денег! Затем мне на работу пришла анонимная жалоба, где писали, что я беру взятки. — Кайоде потер виски. — Я потерял работу. Все потерял. И мне пришлось уехать в Южную Африку. Чтобы наладить жизнь, мне потребовался целый год.
Лицо Ронке запылало от ярости.
— Думаешь, я полная дура? Я слышала твои голосовые сообщения! Ты ее о встрече умолял!
— Да она все перевернула! Да, я правда хотел увидеться! Но не за этим! Она одержима мной. И я хотел ей сказать, чтобы она отвалила, оставила меня… нет, оставила нас в покое!
— Знаешь что… Хватит с меня. Я сыта по горло твоим враньем. Мне плевать.
— Ронке, я говорю чистую правду! Послушай, да, я неидеален. И я не святой. Я не твой отец! — Кайоде жалобно смотрел на нее. — Но клянусь, эта сука просто хочет меня достать.
Лицо Ронке сморщилось.
— Да мне на нее пофиг! Это касается нас с тобой! Ты не смог мне сказать правду!
Ронке разозлилась, горячие слезы покатились по ее щекам. Она развернулась, чтобы уйти.
Но Кайоде схватил ее за руку, пытаясь остановить.
— Ронке, послушай меня! Я люблю тебя.
Впервые в жизни Ронке ударила человека. Влепила пощечину со всего маха прямо по лживому лицу изменника. Они были поражены. Оба.
Ронке даже не стала ждать ответа. Она не стала заходить в лифт — побежала по лестнице, тяжело дыша. Кайоде не помчался следом. Ронке вытащила телефон.
— Рафа, можно я приду?
Бу зажмурилась и прислушалась к сердцу, тяжело стучавшему в груди. Тук. Тук. Тук.
Час назад она вернулась домой из футбольной школы. София бежала впереди; в своем свитшоте с надписью «Пинай мяч!» дочь смахивала на хулиганку. Дурацкое название для дурацкой футбольной команды. Бу терпеть не могла субботние игры, когда стоишь чуть ли не по колено в грязи.
Настроение совсем потухло, стоило завернуть за угол. Дом и его нудное однообразие, Дидье со своей бесячей приветливостью, София со своими постоянными хотелками!
Глядя, как дочь тарабанит ладонями по двери, Бу почти улыбнулась. Малышка прыгнула Дидье на руки, тот подхватил ее, поцеловал в макушку, развернулся и зашел внутрь. На Бу даже не взглянул. Она поплелась за ними в дом.
— Да, не обращайте на меня внимания, — проворчала Бу.
Никто не ответил.
На кухонном островке красовался открытый ноутбук. В груди все сжалось. Сердце тяжело забилось. Дидье не мог… Он просто не мог…
София вцепилась в Дидье, как липучка.
— Мы тренировались делать дриблинг[156]. А у меня лучше всех получилось набивать мяч!
Дидье не брился по выходным. Было время — целую вечность назад, — когда Бу видела в этом нечто брутальное и сексуальное. Но сегодня муж выглядел измученным. Бу покалывало руки. Она посмотрела на них — кисти покрылись гусиной кожей.
— Я хотела быть нападающей, но мы играли по очереди, а моя очередь так и не подошла… — пожаловалась София. — Точно вам говорю, я бы забила… раз десять!
