Читаем Уилли онлайн бесплатно

Теперь, когда Хэкстон был при деле, радость работы над романом омрачилась все возрастающим беспокойством о судьбе дочери Лизы. В конце 1942 года писатель выразил пожелание, чтобы дочь и дети вернулись в Англию, потому что, как он утверждал, американцы начали проявлять недовольство по поводу пребывания на их территории большого числа беженцев. Если дочь с детьми останется в Америке, ей будет труднее вернуться домой в будущем. Но подлинной причиной его желания было опасение, что столь длительная разлука с мужем способна привести к распаду брака дочери; об этом он говорил в письме общавшемуся с Лизой доктору Рудольфу Коммеру. В сентябре Барбара Бек в письме Моэму спрашивала, имеют ли под собой основание слухи о скором разводе его дочери. Моэм ответил, что Лиза обещала ему не предпринимать никаких шагов до окончания войны и что, как он надеется, когда после трех лет разлуки она вернется в Англию, супруги сойдутся вновь.

Моэм всегда питал теплые чувства к мужу дочери Винсенту и стремился сделать все, чтобы спасти этот брак. Поэтому он был рад неожиданному приезду Винсента из Новой Гвинеи, где помимо малярии и дизентерии он перенес еще и эмоциональный срыв.

Осенью 1943 года писатель провел два месяца в Нью-Йорке, где корректировал гранки «Острия бритвы», вел переговоры о публикации романа частями в журналах и о правах на его экранизацию, выступал по радио и позировал скульптору Сэлли Райан.

В течение зимы он готовит сборник объемом пятьсот страниц, который помещает в сейф издательства «Даблдей» с указанием опубликовать его в конце его писательской карьеры или после смерти.

Редакторская работа в одиночестве заставила Моэма чаще думать о смысле жизни. В год своего семидесятилетия он создает произведение, в котором содержались результаты его долголетних размышлений. Дополнив его ранее сделанными заметками, он выпускает книгу под названием «Подводя итоги».

Как и в более ранних автобиографических работах, тон его повествования спокоен. Моэм пишет, что он «всего лишь старый человек»; правда, при этом признает, что «большим компенсирующим элементом старости является свобода духа». Лишенный зависти, ненависти и злобы, и будучи уже не подвержен влиянию других, он испытывает удовлетворение, пользуясь репутацией известного писателя. Хотя, как утверждает он в заметках, его жизнь могла быть иной, окажись он на четыре-пять дюймов выше или не имей он такого выдающего подбородка, он доволен тем, что ему удалось избежать многих бед, с которыми столкнулись другие. Приблизившись после подготовки сборника к смерти на десять лет, он, по его словам, может спокойно взирать на затухающую в нем жизнь. Писатель признает, что всегда жил скорее будущим, чем настоящим, но теперь больше думает о прошлом. В своих заметках он выражает сожаление о не доставивших ему радости любовных отношениях и о боли, причиненной им другим. Но, как он убеждает самого себя, не соверши он всех этих ошибок, он был бы другими человеком. Если в записках и содержится намек на неудовлетворенность, скрываемую под маской спокойствия, то ее можно обнаружить в его замечании: «Я совершил много поступков, о которых сожалею, но я прилагал усилия к тому, чтобы они не нарушали моего покоя».

Сознание того, что он подводит итоги и преступает семидесятилетний рубеж побудили писателя начать приготовления к тому, чтобы распорядиться своим наследием после смерти. В январе он обратился к Элансону с просьбой сообщить ему данные о средствах на его счетах. В это время ему снова приходит мысль учредить фонд стипендий для начинающих писателей. Он объявляет также о намерении предоставить средства Королевской школе с тем, чтобы в ней могли обучаться дети простых трудящихся. Как он объяснил Элансону, подобный жест явится шагом на пути к ослаблению, если не устранению, классовых различий, которые, по его мнению, являются отрицательным элементом общественной жизни Англии. Он осуществил это свое намерение в октябре 1944 года, передав школе 10 000 фунтов стерлингов.

Первый тираж «Острия бритвы», составивший 50 000 экземпляров, разошелся мгновенно. Компания «Твентиес сенчури фокс» предложила значительную сумму за право экранизации романа, а публика как никогда ранее проявляла интерес к его произведениям.

Даже те средства, которые предоставило ему правительство Англии, позволяли ему жить вполне прилично. Как он признавался Элансону, большие деньги в семьдесят лет уже мало что значат. Утрата интереса к приобретению еще большего богатства объяснялась несколькими причинами. Во-первых, в апреле после многомесячного недомогания он начал опасаться, что заболел раком. В результате первоначального осмотра врачи высказали опасение, что у него злокачественная опухоль, но анализы и рентгеновское обследование не подтвердили этого диагноза, и ему было предложено просто побольше отдыхать.