Читаем Томас-Бард онлайн бесплатно
Но вышло как в сказке про женщину-тюлениху и ее мужа: он обещался никогда в жизни ее не бить, но, разумеется, ударил, то есть не совсем так, потому что Томас не превращался в тюленя и не исчезал. И все же наша история напоминала эту сказку, потому как в обыденной жизни соблюдать такие всеобъемлющие зароки невозможно. И вот шли годы, и я допускала то одно, то другое, что клялась не делать — и не единожды, а множество раз… Но тут-то, думается мне, и заключается разница между сказками и жизнью: в сказках все предсказуемо, а в жизни наши опрометчивые поступки влекут за собой куда меньше ужасных последствий, зато слез приносят столько же, сколько и в сказках.
Мы не были женаты еще и двух лет, когда Тома призвали к королевскому двору в Роксброх, и на сей раз я отправилась с ним, хотя мне страх как не хотелось оставлять маленького Тама на попечение няньки. Но я отчаянно хотела в путешествие, потому что недавно у меня случился выкидыш, да и зима была нестерпимо долгой. И все же я волновалась, как покину малыша, пока Томас не сказал: «Будет тебе изводиться, Элспет! Пока мы в отъезде, с Тамом ничего страшного не случится».
Я чуть было не напустилась на него за такую черствость, но потом смекнула, что он слов на ветер не бросает, а вернее, слова его о будущем всегда правдивы. И вот я с легким сердцем принялась собираться, зная, что королевский двор осмеет мои наряды. Ну да что мне до того, ведь они из хорошей ткани и красивых расцветок, а муж у меня — сам Томас-Бард. Пусть смеются, если больше нечем развлечься.
Езды до Роксброха всего один день, и кругом зеленые холмы да поля. По красной земле, вспаханной плугом, бродили чайки и вороны, а мы ехали себе да насвистывали. Как я люблю верховую езду! Граф дал нам всего-навсего боевого коня, у которого спина была широка, что твой кухонный стол, но мне так нравилось сидеть, обняв Томаса, и смотреть, как мир проплывает мимо. Наконец впереди над серо-зеленым лесом показались высокие серые стены Роксброха, и Томас пришпорил коня, так что тот неохотно прибавил ходу.
В замке на стенах повсюду висели расписные ткани, а были и гобелены из Франции. И даже сами каменные стены и то были разукрашены. У нас, конечно, тоже в башне по стенам висят полотнища для защиты от сквозняков, а в замке у графа я видала на стенах ткани, расписанные узорами, но тут у меня просто глаза разбежались от такой красоты — на каждой занавеси вытканы или нарисованы сцены с лесами и фонтанами, с дамами и святыми, пророками и чудовищами… Казалось, идешь, а вокруг тебя сплошь сказки и предания. Когда нас повели в отведенную нам комнату, я схватила Тома за руку и шепнула ему:
— Как думаешь, дорого все это стоит?
— Очень, — ответил он, когда мы проходили мимо шпалеры возле какой-то двери.
— Только погляди! — воскликнула я. — Юноша смотрится в фонтан, и как лицо искусно выткано — будто живое.
Том прихлопнул мою руку своей и повел меня дальше.
— Юноша размышляет о тщеславии, и тебе бы тоже не помешало.
То-то я обрадовалась, когда увидела, что и у нас в комнате есть расписная шпалера, да какая: она изображала единорога, который своим рогом очищал отравленный источник, а вокруг собрались разные невиданные существа, сражались грифоны и львы, и всякие прочие… а занавеси алькова украшены были ткаными узорами с голубями и плющом! Тут принесли нашу поклажу. Я разложила всю одежду в сундук, а из него, как и полагается весной, веяло лимонным бальзамом, хотя до сих пор чувствовался и зимний душок пижмы, которой перекладывают одежду от моли.
Покончив с этим, я плюхнулась на постель — на мягкие перины.
— Все равно что в сливках валяться! — воскликнула я и перекатилась с боку на бок. — Или в облаках!
Том дернул занавеси алькова так, что кольца в них забрякали.
— Ты, никак, нарочно меня раззадориваешь, чтобы я потерял самообладание?
— Трудно потерять то, чего никогда не было, — сказала я и прибавила, уткнувшись ему под мышку и разглядывая голубей и плюш на занавесях: — Том, а когда король спросит, какую плату ты хочешь за свои услуги, ты не мог бы в этот раз попросить у него вот такие занавеси?
— Только не с голубями, — ответил Том. — Мне от них не по себе.
— А ты закрой глаза или смотри куда-нибудь еще, где голубей меньше…
— Они тут везде.
— Не везде. А как насчет шпалеры?
— Ты ни дать ни взять жена рыбака из той сказки. Почему не попросить сразу весь замок, раз уж к слову пришлось?
— Нет, просто какую-нибудь красивую шпалеру… У короля их так много.
— А я хочу попросить у него земли.
— Земли! На что тебе земля? Возделывать ее будешь? — насмешливо спросила я.
— Глупая ты лисичка! Возделывать ее будут другие, а я — собирать арендную плату, которая пойдет Таму, или ее можно разделить между нашими дочками. Нельзя же всю жизнь жить в башне, проедая подарки от знати, иначе придется питаться сплошной олениной да грызть шпалеры!
— Я бы не отказалась.
— Тебе, никак, в голову набились перья из этой перины. Но пока что я не буду просить у короля земли — время еще не приспело. Знатные еще мало меня знают и не подозревают, что я безобиден. Не хочу мутить воду.
