Читаем Томас-Бард онлайн бесплатно
— Шут с ней, с одеждой, — добродушно пробурчал Гевин. — Может, твой наряд и вправду из Страны эльфов, очень уж он ловко на тебе сидит. Но ты пропадал столько лет — наверняка есть что нам порассказать. Мы-то ведь думали…
— Да, — напряженно ответил он. — Знаю, что вы Думали, Мег мне говорила. И за это тоже простите. Будь у меня способ послать вам весточку, непременно бы послал.
— Что ж, годы обошлись с тобой милосердно, — Гевин все еще слегка топорщился за то, как холодно Том с ним держался. Не каждый день твой знакомец воскресает из мертвых; поневоле ждешь рассказа поподробнее. Гевин развесил плащ на просушку, а сам сел у огня погреть руки.
— Благодарствую, — сдержанно ответил Томас. Откусил яблоко.
— Ты из-за женщины запропал, верно? — как бы между прочим, но ворчливо спросил Гевин.
— Да, из-за женщины.
— Хороша она, значит?
— Да, красавица.
— И богата.
— Верно.
— Отчего ж ты с ней расстался?
— Я хотел вернуться домой, — тихонько ответил Том.
— Домой, — повторил за ним Гевин, а сам в затылке скребет. — Так она тебе не принадлежала?
— Я вырвался, — с отчаянием в голосе ответил Том. — Чтобы вернуться к вам, пришлось побороться.
Но Гевин у меня — он такой: ежели ему что втемяшилось, из головы не выбьешь. Он бы и до второго пришествия рассуждал про Тома и его дам, да только я его урезонила.
— Гевин, — вмешалась я. — Ну-ка оставь мальчика в покое. А ты, Том, поди переоденься. Сию же минуту. — С этими словами я вытащила из дубового сундука кое-какую его старую одежду, сунула в руки и вытолкнула его за дверь.
Гевин только глянул ему вслед и крякнул.
— Ну и ну! — говорит.
Я заговорила тихонько и быстро, чтобы Музыкант не расслышал:
— Серденько мое, знаю, тебе это не по нраву, что он дичится да отмалчивается, но ты дай ему пообвыкнуть. Ты Томаса знаешь не хуже моего — для него слова что воздух. Подождем немного, и он сам нам все расскажет, вся история из него выльется.
— Да не в истории закавыка, — обиженно сказал Гевин, — а в том, где он пропадал семь лет?
— Гевин, — говорю, а сама за руку его держу, будто от этого он мне лучше поверит. — Том сказал, что семь лет был в Стране эльфов.
— Так прямо тебе и сказал?
Я кивнула.
— Но это ведь…
— Могло быть. Может быть, это и правда.
— Тогда эта дама… — ахнул Гевин, но не договорил и вскинулся. По холму простучали копыта. Сердце у меня так и зашлось: а ну как разбойники? Все лето в наших краях то тут, то там появлялись безземельные грабители — нападали-то они друг на друга, но не брезговали и обобрать местных жителей, чтобы пополнить свои припасы. Кур-то я по большей части выпустила, хотя собирать яйца стало сложнее, но по крайности куры наши уцелеют, а вот овцы оставались в овчарне, если были не слишком голодны.
Мы к дверям — глядим, а прямиком к нашему дому спускается по холму вооруженная шайка. Но первым на пороге встал Томас, как был, в своем богатом зеленом наряде. Стоит и ждет разбойников, а сам безоружный.
— Томас, — говорю, а в горле у меня комок застрял, — ну-ка, быстро ступай в дом. Этим закон не писан, заберут что приглянулось и уйдут себе. Быстро в дом!
— Задвиньте засов, — ответил он, даже не обернувшись, — и обождите меня внутри.
Но мы и с места не двинулись, а Гевин покрепче стиснул свой тяжелый посох.
Главарь шайки осадил коня перед Музыкантом. Здоровенный, чернобородый, средних лет, а за ним — десяток всадников, и все вооружены до зубов.
— Это еще кто такой? — крикнул он. — Принц холмов, герольд или поэт?
— И то, и другое, и третье, и много кто еще, — любезно ответил Томас. Он и не шелохнулся, но голос его вдруг зазвучал глубоко и гулко, точно говорил кто другой, повыше и покрепче. — Горе тебе, Блекуэлл, ибо грабеж твой не принесет прибыли, а погубит тебя, и ты падешь мертвым, не доехав до Карлайл я. Род ваш возглавить некому, кроме твоего сына, а его еще баюкает нянька, ибо лишь он и сыновья, рожденные от него, смогут носить ваше родовое имя.
Тут главарь побледнел как сыр. Если он и вправду был знаменитым разбойником Блекуэллом, худо ему пришлось от таких слов.
— Чтоб тебя, ведьмачье отродье! Да минуют твои проклятья мою голову!
— Поверни коня и езжай своей дорогой, — отозвался Томас. — Мы больше не увидим тебя на этом берегу реки. Так говорю я, тот, чей язык не умеет лгать.
Главарь поднял руку в перчатке, и вся шайка понеслась вверх по холму. Томас смотрел им вслед, пока они не скрылись с глаз долой.
— На диво легко, — сказал он нам. — Прямо смех разбирает, до чего легко. — Говорит, а сам белее снега и руки так и трясутся.
Я подставила ему локоть опереться — отмахнулся.
— Ничего, ничего. Главное, что перед ними я испуга не показал, а сейчас уже и можно.
После такой передряги Томасу никак было не устоять на месте — взбудоражился и заходил взад-вперед по двору, который только что защитил без оружия, одними лишь словами. Ну а Гевина разобрало любопытство, он ведь до чудес сам не свой:
— Отчего не сказал, что ты теперь провидец?
