Читаем Томас-Бард онлайн бесплатно
— Разрази меня гром, — сказал Томас, едва увидел кольцо. — Оно с руки Лилиас Драммонд. Она сняла его, несчастная, больная, беременная четвертым ребенком, и верила, что Эррол ее разлюбил и что ее сородичи приказали меня убить. — Вдруг он вскинул голову, а лицо-то у него серое, что пепел. — Она умерла.
Я вырвала у него кольцо и сунула себе в карман передника.
— Ты верно знаешь? — спросила я, лишь бы он что-нибудь ответил, а не стоял как громом пораженный.
— Ну конечно. Умерла родами. Родила девочку. Будь проклят Бевис!
— Он ничего не знал, — я и сама подивилась, что защищаю цыгана. — Он-то хотел ей помочь.
— Ну, вот теперь он все знает. Немудрено, что не вернулся; раз Лилли нет в живых, незачем и приходить. Отчего он не поверил, когда вы сказали ему, что я пропал? — вдруг спросил Томас.
— Из-за арфы, — призналась я. — В первый раз, как пришел, он увидел твою арфу. Вот и решил, будто ты где-то поблизости. А на второй раз она тоже у нас хранилась, мы ведь ее нипочем не хотели продавать или что…
— Так ему и сказали, только негодяй нам на слово не поверил! — проворчал Гевин.
— Потому что ты говорил честно, — вмешалась я, — а он и решил — ты лжешь. Но арфа твоя целехонька, Томас. Я ее укутала от сырости и холода, сберегла как сумела.
Много раз я представляла себе, как Том надо мной посмеется: глупая затея, хранить арфу, на которой никто и не играет, просто держать в доме. Но я ошиблась: лицо его осветилось пылкой радостью.
— Хочешь, хоть сейчас принесу, — сказала я самым будничным тоном, потому что уж так у него глаза загорелись — точно перед любовным свиданием. — Сейчас тесто поднимется и принесу.
— Правда, Мег? — осторожно, словно не веря своим ушам, спросил Том. — Пожалуйста, прошу тебя.
Я вскарабкалась на чердак. Кольцо Лилиас Драммонд перекатывалось у меня в кармане передника. Томас протянул руки и принял у меня арфу заботливо, точно младенца, и только потом уж помог мне спуститься по приставной лестнице.
Он бережно распеленывал арфу, укутанную в просмоленную ткань, — разворачивал, как лепестки розы. Миг-другой подержал на коленях, оглаживая, вспоминая знакомые очертания и тяжесть инструмента. Потом коснулся струн. Арфа расстроенно задребезжала обвисшими струнами — она была вконец расстроена. Томас вскочил, отстранил ее от себя, крепко стиснув, будто она его укусила и вот-вот накинется снова.
— Расстроена! — яростно воскликнул он. — Чертова штуковина совсем расстроена!
— Разве у тебя нет при себе ключа, настроить арфу? — участливо спросил Гевин.
Томас так и полыхнул глазами.
— Разумеется, нет! Он мне все эти годы был ни к чему!
У меня сердце защемило, когда я услышала, как он клянет свою любимую арфу. Хотела одернуть его, но прикусила язык; придется ему самому управиться.
Томас вскинул арфу над головой, будто хотел расколотить об пол и не знал, на чем еще выместить свою ярость. Я подала Гевину знак — мол, не вмешивайся.
Вдруг Томас оборотился к окну — туда, к холмам.
— Не сейчас, — сказал он. — Почему вдруг сейчас?
Мы оба так и застыли. Он поглядел на нас.
— Вам это по сердцу? Или вы не слышите? — спросил он, и голос его все еще дрожал от гнева.
— Ничего не слышим. А что там такое?
— Трубят рога. Эльфы устроили на кого-то гон. — Он склонил голову набок, прислушался. — Должно быть, не повезло какой-то живой душе.
Тут-то я разобрала, но подумала, что это ветер воет в вереске.
— Разумеется, музыкой не назовешь, да и не так она хороша, как моя, — добавил он самодовольно, но рассеянно, все еще прислушиваясь.
— Том, милый. — я подошла поближе, отвела волосы, упавшие ему на лицо, а лицо-то было все перекошено. — Ты не в себе. Ну-ка отдай мне арфу и посиди спокойно.
Он помотал головой.
— Ты тут ничем не поможешь, Мег.
Гевин помрачнел.
— Заложу-ка дверь на засов. Второй раз они тебя не заполучат, нет уж.
— Ты не понимаешь. Они все еще со мной. Я ушел от них, но все так переменилось. Ох, Мег, — он взял мое лицо в ладони, но глядел слепо, не видя меня. — Мег, у меня был фонтан и сад, полный цветов… И такие наряды, и лошади, и огни, и хрустальная утварь, какой ты никогда не видывала…
— Все миновало… — Я стиснула его руки. — Все позади. Останься с нами.
— Мег, Гевин, — спросил он, — вы и вправду не против, если я тут у вас поживу?
Гевин глянул на меня, а я чувствую, как в глазах слезы закипают, точно у глупой девчонки. Томаса просто не узнать, никогда раньше он ни о чем не просил таким робким голосом и никогда больше не будет он прежним, тем, каким семь лет назад покинул наш дом. С ним теперь надо по-другому — нежно и заботливо. Раньше он был как в кольчуге, знай продирайся сквозь нее, а теперь — такой беззащитный, что сердце сжимается.
— Я всегда хотела, чтобы ты у нас остался. — сказала я и с радостью увидела он, который не может солгать, понял, что и я не лгу.
