Читаем Пардес онлайн бесплатно
Джулиан едва не выронил микрофон. Я повернул голову и увидел, что Эван бросился прочь из зала. Слушатели шептались, оборачивались, привставали. Оливер смущенно моргал, что-то одними губами говорил Ноаху, гадая, не последовать ли за Эваном. Помертвевший Джулиан повернулся к рабби Блуму, тот вскочил на ноги, сделал нам знак сесть. София, задыхаясь, выбралась в проход и выбежала из зала.
Собрание скомканно завершилось, рабби Блум поспешно распустил нас, они с Джулианом о чем-то оживленно заговорили, не сходя со сцены, мы же помчались на балкон, рассчитывая застать там Эвана, но его не было. Амир перегнулся через перила и сказал, что “астон мартина” (единственного на всю школу) на парковке нет. Я представил, что София уехала с Эваном, и у меня заколотилось сердце.
Ноах проверил телефон, нет ли сообщения от Эвана. Ничего.
– Думаете, он поехал домой?
Амир покачал головой:
– Вряд ли он сейчас жаждет встретиться с Джулианом.
– Господи, – пробормотал Ноах.
Я высматривал внизу Софию.
– Может мне кто-нибудь объяснить, что сейчас было?
Амир смущенно посмотрел на Ноаха с Оливером, Ноах кивнул.
– Ходят… слухи, скажем так, что родители Эвана не ладили.
Оливер фыркнул:
– Слухи? Это еще слабо сказано. Все знают, что Джулиан говнюк.
– Отношения Кэролайн и Джулиана испортились давно, – продолжал Амир. – Мы уже в детстве это понимали. По тому, как они косились друг на друга. Отпускали замечания, вполголоса разговаривая на кухне, пока мы в другой комнате.
– Моя мама была близкой подругой Кэролайн, – перебил Ноах. – Мама говорит, что умнее женщины не встречала. И что у Старков… не все было гладко.
– Да ты и сам, наверное, заметил, – подхватил Амир, – какую херню он нес по поводу карьеры. Как намекнул, что она смотрела на него свысока, потому что он выбрал такую профессию. По-моему, Джулиан всегда злился, что по сравнению с женой выглядит глупее и что из-за нее он вынужден стесняться своей работы.
– Ты должен понимать, Дрю, что Эван с матерью были вот так близки. – Ноах потер палец о палец. – Эв ее обожал. Они все делали вместе, вели долгие споры, понятные только им двоим. Она была для него идеальным наставником, и из-за этого, конечно, Джулиан тоже злился на Кэролайн. Ее смерть стала страшным ударом для Эвана.
– Думаешь, он поэтому расстался с Софией? – спросил Амир. Я уставился на кроссовки, чтобы никто не заметил, что на лице моем написана неоправданная обида. – Потому что все… развалилось?
Ноах уклончиво пожал плечами и отвернулся.
– В общем, – резюмировал Оливер, вычищая грязь из-под ногтей, – Джулиан скотина.
Я посмотрел вниз, на двор, девятиклассники гоняли мяч в макете Храма.
– Почему?
– Потому что жена загибалась, а этой мрази было плевать, – ответил Оливер. – Он спал со всеми подряд и не очень-то скрывал. Это творилось прямо у нее под носом, в ее последние месяцы, когда она мучительно умирала от рака.
Ноах покачал головой:
– Эв об этом не говорит, но мы все знаем.
– А тут Джулиан решил сыграть убитого горем вдовца и загладить свою вину деньгами. – Амир почесал бороду. – Сам понимаешь, почему Эван взбесился.
– Эван очень расстроился, когда на концерте Софии увидел отца с рабби Блумом. – Я наконец сообразил, что к чему.
– Наверное, понял: они что-то задумали, – произнес Ноах. – И разозлился, что Блум сговорился с Джулианом.
– Может, Блум просто не в курсе? – Мне отчего-то захотелось оправдать рабби Блума.
Оливер рассмеялся:
– У Эвана от Блума секретов не было. Но деньги есть деньги. Мне ли не знать. Пожертвуй школе крупную сумму – и твоего сына не исключат из девятого класса за то, что он накурил в туалете на первом этаже, да так, что хоть топор вешай.
Амир нахмурился:
– Это был
Для большего эффекта Оливер достал из кармана косяк.
– Оборудуй лабораторию, учреди стипендию – какой же директор в здравом уме откажется от такого?
– Рабби Блума трудно винить, правда? – Ноах подергал длинные светлые пряди. – Он понимает, что на эти деньги может сделать массу всего хорошего, даже если придется и через силу пожать руку этому мудаку. Блум действует в интересах “Коль Нешамы”. Как истинный… бенефициар?
– Фидуциар[151], – поправил Амир.
– Точно, фидуциар.
– Но Эван его винит, – сказал я.
– Он надеялся, что Блум его не предаст, – пояснил Амир. – У них были такие близкие отношения, наверняка Эван расценил это как личное оскорбление.
Ноах кивнул.
– То есть Эван заставляет Блума выбирать между ним и интересами академии?
– По-моему, Блум уже выбрал, – заметил Амир.
Ноах поддернул носки.
– В общем, он вытворял эту хрень на крыше у Донни и забросал школу яйцами, чтобы отомстить Блуму. Отравить ему жизнь.
– Он, наверное, и в президенты идет поэтому, – сказал я.
Прозвенел звонок. Мы не двинулись с места.
– Да уж, никто так не треплет нам нервы, как наши родители, – наконец заключил Амир.
