Читаем Харклайтс онлайн бесплатно
Мы приближаемся к опушке, и я понимаю, что это светятся круглые оконца домиков, построенных из прутьев и веток, мха и сухих листьев. Если взять два птичьих гнезда и соединить их друг с другом, перевернув одно донышком кверху, получится как раз такой дом. Большинство жилищ приютилось у подножия деревьев-великанов, которые окружают поляну, но некоторые домики устроились на нижних ветвях. Горит костерок. Возле него сидят женщина и мужчина, на их лицах – отблески пламени, и оттого они напоминают картинки с пожелтевших от солнца газетных страниц. Оба смотрят на меня распахнутыми от изумления глазами – похоже, эльфам в диковинку видеть людей.
– Ну, вот мы и на месте, – говорит Папаша Хэрн. – Это Дубовая поляна, наш дом. Фитиль, познакомься с Матушкой Хэрн и Финном, он отец Тийи.
– Ох, уж и переволновались мы за вас, – говорит Матушка Хэрн, поднимаясь нам навстречу. Заботливая, сердечная.
Она вглядывается в меня, и улыбка озаряет её лицо.
– Рада познакомиться.
– Мама! – кричит Нисса. – Ты только посмотри, кого мы привезли с собой!
– Хвала лесу, вы нашли Тийю, – говорит Финн.
– Крошка была среди людей, – рассказывает Папаша Хэрн. – Фитиль уберёг её, девчурка цела и невредима.
Генна передаёт малышку на руки Финну. Они обнимаются. У меня щемит сердце. Вот бы узнать, каково это – когда есть семья и тебя любят.
– Спасибо, – благодарит меня Финн, и голос его дрожит.
– Да мне же только в радость было помочь вам, – отвечаю я, слезая с Полкроны, который плавно опустился на колени. Как же хорошо снова стоять на твёрдой земле.
Папаша Хэрн, его жена и Нисса о чём-то перешёптываются. Матушка Хэрн опечаленно смотрит на меня.
Похоже, эльфы рассказывают ей про приют и про то, что меня бросили родители.
Подхожу ближе к одному дубу, чтобы получше рассмотреть домики эльфов. Их жилища напоминают гнёзда, свитые из веточек и пёрышек, а щели тщательно заткнуты мхом. Трудно сказать, использовали ли эльфы клей. Опустившись на колени, заглядываю в окошко. Внутри – плетёная кровать, ладный крошечный стол, на нём желудёвые миски, большие и поменьше, и кувшинчик, полный светлячков. На полу узкий коврик – так эльфы умудрились приспособить тканую закладку для книг. Над кроватью висит полпенсовая марка с портретом давнишнего короля.
– Где же устроить его на ночлег? – доносятся до меня слова Матушки Хэрн.
Я скребу шею, и мне до того неловко, точь-в-точь как сироте, которого только что подкинули в приют. Может, Папаша Хэрн с Ниссой поторопились и лишь сгоряча, не рассудив толком, позвали нас с Лепестком в свой лес? А теперь, когда я тут, всем ясно, что затея пустая.
– Сегодня он может переночевать здесь, возле костра, – предлагает Папаша Хэрн.
Матушка Хэрн улыбается задумчиво и отвечает:
– Славно… Одеяло знаешь где. Почти целое.
– Привезу, – говорит Папаша Хэрн. – И заодно охапку листьев из кладовой.
– Я с тобой! – кричит Нисса.
Они снова взбираются на рога Полкроны. Папаша Хэрн щёлкает языком.
Олень выходит из кокона света от костра и шагает сквозь холодный лунный блеск, который серебрит его бока.
– Ну, присаживайся, не робей, – говорит мне Матушка Хэрн, взъерошивая сухую листву подле себя. Рядом на земле лежит крошечная тетрадь, исписанная мелким эльфийским почерком.
Я осторожно сажусь, стараясь ничего не сломать. Странно оказаться здесь, возле костра и лесных жилищ, – ведь каких-то несколько часов назад сгорели дотла мои спичечные домики.
– А я читать умею. – Склоняюсь над крохотной тетрадкой. – Это я в Харклайтсе научился. Трещотка тайком учил нас после рабочих смен. Старуха прознала об этом только через три года.
Матушка Хэрн закрывает тетрадь.
– И что она сделала?
До сих пор, словно наяву, вижу, как Трещотка исчезает в Бездонном колодце.
Хриплю, пытаюсь откашляться и прочистить горло, но слова застряли комом.
Матушка Хэрн встаёт с земли.
– Ладно, не береди себе душу, – успокаивает она меня. – Верно говорит Папаша Хэрн: есть вещи, о которых лучше забыть.
На камне рядом с костром стоит почерневший от копоти горшок. Матушка Хэрн наливает себе оттуда в чашку и приглашает меня тоже попробовать.
– Молоко с мёдом и цветками ромашки. Перед сном – то что надо, просто прелесть. Заснёшь крепко-крепко, вот увидишь.
Я пью молоко, и вся усталость, которая скопилась за долгий день, вместе со страхом и волнением от ночных происшествий – уходит. Смотрю на домики-гнёзда, примостившиеся на дубах.
– Почему у одних эльфов дома на ветках, а у других – прямо на земле, возле огня? – любопытствую я.
– Среди нас есть такие, кто любит жить повыше, – отвечает Матушка Хэрн. – Когда живёшь на дереве, мир видится совсем иным.
Вскоре возвращаются Папаша Хэрн с Ниссой и Полкроны, который везёт на рогах свёрнутое одеяло. Олень подходит ближе, и я замечаю, что шерстяное одеяло в дырках. И у этих дырок контуры аккуратно вырезанных штанишек, курточек и ботинок.
