Читаем Гроб онлайн бесплатно

Никто не знал о его существовании. Никто — кроме неё. Но ей это не помогало: он был умнее и сильнее. Она ничего не могла сделать — лишь беспомощно наблюдать, как он воплощает свой план.

Он горел желанием наконец открыться. Показать всем, кто он на самом деле. Но пока рано — нужно сначала подготовить почву. А это оказалось куда большѐй работой, чем он рассчитывал. Потому что они такие тупые.

Но он не сдастся. Он только начал.

Эти идиоты смотрят на него — и всё равно не видят. Но недолго им осталось. Скоро поймут. Очень скоро.

Он закрыл глаза.

ГЛАВА 15.

Пообедали они в маленькой пиццерии на Марцелленштрассе — в нескольких кварталах от квартиры Менкхоффа у Урсулаклостера. Хозяин знал следователя в лицо: тот не раз просиживал здесь за тарелкой пасты, предаваясь неспешным размышлениям.

Теперь Райтхёфер припарковала «Пассат» почти на том же месте заводской стоянки, что и утром. На этот раз вахтёр лишь молча протянул им посетительские пропуска через щель в стекле.

— На этот раз мы хотели бы поговорить с господином Йоргом Вибкингом, — сообщил Менкхофф, когда охранник уже потянулся к телефону. Тот пожал плечами, провёл указательным пальцем сверху вниз по листу со списком, нашёл нужный номер и позвонил. После короткого разговора он сообщил, что кабинет Йорга Вибкинга находится примерно на полпути к кабинету его отца и что они легко найдут дорогу сами.

— Быстро вы, — приветствовал их инженер, когда секретарша доложила о визитёрах и они переступили порог.

Кабинет был чуть меньше отцовского и обставлен куда современнее. Здесь царил чёрный цвет. Массивная столешница покоилась на хромированных опорах — так же, как и два кожаных кресла перед ней, выглядевших весьма удобными. Стол был почти пуст: широкий монитор да несколько письменных принадлежностей — словно хозяин только что отбыл в отпуск. Высокое кресло за столом с бархатистой на вид кожей дышало дорогой солидностью.

На стене позади господствовала огромная картина — чёрная точка размером с футбольный мяч на синем фоне, и ничего более. Каким же вкусом к искусству нужно обладать, чтобы считать это красивым? — в который раз подумал Менкхофф.

Справа от стола у стены выстроились ещё три кожаных кресла без подлокотников. Йорг Вибкинг жестом пригласил гостей садиться, дождался, пока они устроятся, и опустился напротив.

— Да, вы предупреждали, что захотите поговорить ещё раз, но, признаться, я не ожидал вас так скоро. — Он бросил взгляд на часы. — К сожалению, через двадцать минут у меня важная встреча, и мне ещё нужно…

— Мы ненадолго, господин Вибкинг, — перебил его Менкхофф. — Всего несколько вопросов. На данный момент. Начнём с того, когда вы последний раз видели Инге Глёкнер. Вы сказали — какое-то время назад. Когда именно?

Вибкинг поджал губы.

— Думаю, примерно три недели назад.

— Или, может быть, позапрошлую неделю? — тихо уточнила Райтхёфер.

— Позапрошлую неделю… да, точно, вы правы. — Он секунду помолчал. — Когда понимаешь, что та встреча была последней, и что она теперь… ужасная история.

— Да, мы тоже так считаем. По какому поводу вы с ней виделись?

— По поводу? Да просто так. Мы были знакомы, иногда встречались — как это обычно бывает между людьми, которые знают друг друга давно. Я случайно оказался рядом, заглянул поздороваться. Выпили по бокалу, немного поболтали — и всё.

Менкхофф демонстративно переглянулся с Райтхёфер — так, чтобы Вибкинг это заметил, — и снова повернулся к инженеру.

— То есть сугубо личное знакомство?

— Да. Господи, я знаю Инге почти столько же, сколько Еву. После её свадьбы мы виделись нечасто, но всё же. Иногда я заходил в её бутик — что-нибудь купить.

— Каковы ваши отношения с Евой Россбах?

— Ева… формально она моя начальница, хотя фирмой по-настоящему управляет отец. И она мне нравится.

— Она знает о вашем… знакомстве с Инге Глёкнер?

Вопрос явно пришёлся Вибкингу не по душе — это было написано на его лице.

— Думаю, нет. То есть я уверен, что она ничего об этом не знает. Ева с Инге, как вам известно, не ладили, и если бы Ева узнала — она бы точно разозлилась. Я видел Инге лишь изредка, слишком редко, чтобы это могло повредить моей дружбе с Евой, понимаете? Ева была так одержима ненавистью к Инге, что не поняла бы и обиделась. Этого я не хотел.

Он на мгновение умолк, и в кабинете повисла тишина.