Читаем Гроб онлайн бесплатно
— Ах… — Он попытался улыбнуться, но улыбка вышла жалкой. — Я бы назвал себя домохозяином. Дом, сад, хозяйство — всё это моя епархия.
— И с самого начала брака?
— Да, мы так договорились с самого начала.
— Понятно. Мы только что были у фрау Россбах. Насколько нам известно, ваша жена не общалась со своей сводной сестрой уже много лет. Как так вышло?
Скорбь мгновенно растаяла с лица Глёкнера — словно её стёрли тряпкой.
— Ева Россбах, да… — Он явно боролся с собой, и борьба эта читалась слишком легко —
— Что вы имеете в виду?
— Ну… как бы это сформулировать… возможно, она не вполне здорова.
Менкхофф ждал продолжения. Продолжения не последовало.
— Господин Глёкнер, не могли бы вы пояснить, что именно подразумеваете под «не вполне здорова»?
Глёкнер помялся, но потом, судя по всему, решился.
— Я знаю это только с чужих слов — сам с ней никогда не встречался. Но жена рассказывала, что Ева всегда была очень странной. Ещё в детстве постоянно путалась. Часто не понимала, где находится, забывала самые элементарные вещи, а когда её на этом ловили — мгновенно становилась агрессивной. Отсюда и бесконечные ссоры между ней и Инге.
— Вам известно, наблюдалась ли она у врача?
— Нет, не наблюдалась. Инге говорила, что мать не раз пыталась отвести её к специалисту, но отец категорически возражал. Вероятно, боялся: пойдут разговоры, что у дочери Россбаха — психические расстройства.
— Когда именно прекратилось всякое общение между вашей женой и Евой Россбах?
— Точно не помню — это было ещё до того, как я появился в их жизни. Точной причины я тоже не знаю. Но Ева была настолько непредсказуемой, что в какой-то момент это просто стало нестерпимым.
— Господин Глёкнер, не могли бы вы составить для нас список ваших друзей и близких знакомых? И если вспомните кого-то, кто не ладил с вашей женой, отметьте это рядом с именем.
— Да, конечно, разумеется.
Менкхофф откинулся на спинку дивана и выжидательно посмотрел на Глёкнера. Тот помолчал — а потом вдруг вскинул голову с видом неподдельного изумления:
— Как? Прямо сейчас?
Менкхофф кивнул.
— Было бы очень любезно с вашей стороны.
Глёкнер поднялся и через минуту вернулся с листом бумаги и ручкой. Пока он методично вписывал имя за именем, Менкхофф и Райтхёфер расспрашивали его об увлечениях жены, её привычках, членстве в каких-либо клубах — всё то, что составляет рутину следственной работы.
Минут через тридцать список разросся до вполне внушительных размеров. Менкхофф взял лист, окинул взглядом около двадцати пяти имён и передал бумагу Райтхёфер.
— Большое спасибо. Мы побеседуем с этими людьми и потом снова выйдем на вас.
Они уже стояли у массивной двустворчатой двери, когда Менкхофф обернулся.
— Скажите, господин Глёкнер, вы знакомы с управляющим директором «Россбах Машиностроение» — господином Вибкингом? И с его сыном?
— Э-э… нет, старшего Вибкинга я не знаю. Сына — мельком. Он несколько раз бывал здесь, что-то обсуждал с Инге.
— Обсуждал что-то с вашей женой? — Менкхофф слегка подался вперёд. — Как давно?
Глёкнер нахмурился, явно перебирая в памяти.
— Подождите… кажется… да, в позапрошлую неделю — в последний раз.
— В позапрошлую неделю? — В голосе Менкхоффа мелькнуло удивление. — Когда мы спрашивали его об этом, создавалось впечатление, что речь идёт о событиях многолетней давности. О чём он хотел говорить с вашей женой?
— Не знаю. Как я уже сказал — я здесь в роли домохозяина. Деловые вопросы были епархией моей… — он запнулся, — …моей жены.
— Но почему вы решили, что разговор был деловым?
Глёкнер пожал плечами.
— Инге что-то такое упомянула вскользь. Я не стал расспрашивать. Но он занимает высокую должность на фирме, которая принадлежала отцу Инге.
— А теперь принадлежит Еве Россбах.
— Как я уже сказал: о чём они говорили — не знаю. Лучше спросите его самого.
— Именно так и сделаем.
Менкхофф вышел на улицу, Райтхёфер последовала за ним. Когда они уже сидели в машине, она произнесла, глядя прямо перед собой:
— Кто бы мог подумать, что «какое-то время» в понимании семейства Вибкинг — это полторы недели.
Менкхофф мрачно кивнул.
— Я очень жду разговора с младшим. Сразу после обеда поедем к нему ещё раз. Но сначала мне нужно поесть. Ты голодна? Угощаю.
Райтхёфер бросила на него насмешливый взгляд.
— Кто же устоит перед столь изысканным приглашением, господин главный комиссар.
ГЛАВА 13.
Прошло лишь несколько секунд после того, как Ева открыла глаза, — и она уже знала. Знала точно, безошибочно, всем телом. Осознание вырвалось наружу долгим, пронизывающим до костей криком. Когда воздух кончился, она судорожно вдохнула и закричала снова:
— Нет, нееееет!
Руки взлетели вверх и бессильно упёрлись в обитую тканью крышку. Ноги уже через несколько сантиметров наткнулись на сопротивление. Паника наваливалась тяжёлым, царапающим одеялом, отбирая остатки воздуха, и Ева кричала — не столько от ужаса, сколько сама себе, как приказ:
— Нет, не надо, это бесполезно, ты же знаешь!
