Читаем Офлайн онлайн бесплатно
Я рассказала Андрею, что мы с мужем больше не вместе, когда он подвозил меня домой после нашего первого спонтанного поцелуя. Тогда мне просто не хватало тепла и заботы. Я ответила на этот порыв, потому что в тот вечер мне было невыносимо одиноко.
В его поступках не было ни жалости, ни надежды. Он ничего не требовал взамен. Просто предложил попробовать быть вместе.
Я пообещала подумать.
Недели оказалось достаточно, чтобы понять, что я больше не хочу жить воспоминаниями.
Мы дважды сходили в кино и один раз на акустический концерт, где выступал друг Андрея. Раньше я никогда не бывала на свиданиях, но эти мне действительно понравились.
— Привет, — говорит Андрей, доставая с заднего сиденья огромную корзину с цветами и большого плюшевого медведя. — С именинницей.
С груди срывается смешок, когда я понимаю, что этот медведь почти моего роста.
Хватаю его за шею и волочу по снегу, оставляя за собой следы. Как донесу всё это до дома ума не приложу, но ясно одно, что легко не будет.
Как отреагируют свекры — без понятия, и я заранее продумываю, как бы проскользнуть в дом незаметно. В такие моменты я чувствую себя преступницей. Или предательницей.
Хотя искренне считаю, что штамп в паспорте не делает брак настоящим, а его отсутствие не гарантирует свободы. Потому что люди сами решают, где начало, а где конец отношениям. Не печатями, а словами.
Это уже из личного опыта.
— Спасибо. Я… ненадолго вырвалась, — торопливо объясняю Андрею. — Скоро начнут приезжать гости.
— Да, в курсе. Праздник в два, верно?
— Ага, — киваю. — А у тебя сегодня съёмки того короткометражного проекта, который ты готовишь к фестивалю?
— Похоже, у нас перекличка, — усмехается Андрей, разводя руками.
— Или я просто нервничаю.
— Не нервничай. Беги, а то простудишься. И передай Алиске привет.
В растерянности я отступаю на шаг, а потом набираю полную грудь воздуха и всё же делаю шаг вперёд, касаясь его щеки губами. Мимолетно, в знак благодарности.
Чувствую, как Андрей чуть напрягается, словно не ожидал, но всё же мягко обхватывает меня за шею ладонью без малейшей попытки задержать.
Со своей дочерью я его, разумеется, не знакомила. Но это не значит, что мне неприятно, что он помнит о её дне рождения.
Приятно. Очень.
Я разворачиваюсь и собираюсь перебежать дорогу, но мимо меня на приличной скорости проносится машина свёкра.
До меня доходит, что за рулём был Паша, только когда я открываю ворота и вижу его фигуру, склонившуюся над багажником. Ещё я замечаю два букета. Один побольше, другой поменьше.
Издалека сложно определить сорт, но, пожалуй, это пионовидные розы. А ещё мне кажется, что один из букетов предназначен мне. Чисто по логике…
Пока я закрываю ворота, Бессонов уже уходит на задний двор. Мы не пересекаемся в доме, когда я поднимаюсь на второй этаж. Ни на лестнице, ни даже в детской. Хотя я жду свои цветы.
Когда начинают съезжаться гости, я спускаюсь вместе с Алисой.
Мы обе в нарядных нежно-розовых платьях. У нас одинаковый фасон, такой себе фэмили-лук, но вместо пышной юбки у меня приталенное миди с разрезом сбоку. Скажем так, более взрослая версия.
Среди первых гостей появляются Лика с Антоном. Антон сразу находит Пашу, и они быстро завязывают разговор.
Я наблюдаю за ним через весь зал, параллельно курируя официантов, которые сервируют стол. Несмотря на гору дел, ловлю себя на том, что по-прежнему жду свои цветы. Жду даже тогда, когда за последним гостем закрывается дверь и начинается фотосессия.
Мысль о том, что цветы могли передарить Юлии Владимировне, я отметаю. Их просто нет. Дочкины стоят в вазе на барной стойке, а моих нет.
Паша располагается в самом центре фотозоны рядом со мной и Алисой. Он в белой футболке-поло и джинсах. Меня слегка потряхивает, когда я передаю ему дочь, а фотограф просит нас встать чуть ближе друг к другу.
Я чувствую, как волоски на его руках щекочут мою кожу. Мир на секунду сужается до запаха его одеколона и знакомого ритма дыхания. Стабильного, в отличие от моего. Наверное, слишком стабильного и до чертиков раздражающего своей сдержанностью.
— Тебе помочь с чем-нибудь? — спрашивает Лика, дёргая меня за локоть, когда фотосессия подходит к концу.
Я натягиваю на лицо улыбку.
С началом беременности подруга заметно похорошела. Черты лица стали мягче, а фигура женственнее. Я была первой, кто предложил купить тест, и первой, кто узнал новость, потому что Лика делала его у меня дома.
— Нет, не нужно, — трясу головой. — Садись за стол, а я схожу в кладовку за сервировочными ложками.
Колючий взгляд впивается мне в спину, пока я суечусь даже тогда, когда в этом нет никакой необходимости. То включаю музыку, то убавляю обогрев пола. Хочется обернуться и спросить: где мои цветы? Я-то знаю, что они были, но доказать этого, увы, не могу.
Алиса ведёт себя прелестно. Не капризничает, ест, играет с детьми. Когда кто-то из родственников берёт её на руки, тянется с радостью. Вообще она у нас общительная девочка. Очень жизнерадостная и отзывчивая…
