Читаем Офлайн онлайн бесплатно
Приходится выслушать целую гору маминых советов — у неё ведь всегда имеется один железный аргумент: она родила троих и ещё троих воспитала из детского дома. Она лучше знает, хотя с её последних родов прошло уже больше семнадцати лет. Но меня это не напрягает. Скорее даже наоборот.
В тот момент, когда я кормлю Алиску в спальне, приходит сообщение на телефон, заставляя меня вздрогнуть. Оно от Паши, и пока я его открываю, пульс гулко отдаётся в висках.
«Антон собирается с пацанами в бар. Если ты не против — я к ним присоединюсь».
Читаю это раз за разом, сжимая пальцами корпус мобильного.
Я так долго морозила Пашу, что сегодня он, наконец, сдался. Хотя, возможно, причина совсем в другом — не спорю. Может, в усталости. Всё воскресенье муж провёл с дочкой, пока у меня был очередной фотопроект. А в понедельник он хочет выдохнуть. И вместе с ним выдыхаю и я, когда пишу:
«Конечно, я не против».
Заключение врача тем же вечером я прячу в ящик рабочего стола в спальне.
Не то чтобы я трушу, но теперь это кажется неуместным.
Первый порыв схлынул, и перспектива близости с мужем выглядит преждевременной. Отдавать долги мне ни к чему. А пробовать меня языком — тем более. С недавних пор я не играю в такие игры, и ноль очков в свою пользу не считаю чем-то вроде поражения. Скорее наоборот.
Паша возвращается около часа ночи, а я к тому времени уже лежу в постели, готовясь ко сну. Встречать его, разумеется, не выхожу.
От Лики знаю, что в баре собралась исключительно мужская компания, потому что её туда не позвали. Я об этом даже не спрашивала, она сама поделилась, с обидой на Антона и явной досадой в голосе.
Накрываюсь одеялом до талии и зажмуриваю глаза, чувствуя, как сердце предательски толкается в груди в такт приближающимся шагам.
У каждого из нас своя комната и своя территория. Но так выходит, что моя доступнее, хотя бы потому, что я ночую с Алисой. А Алиса у нас общая.
Паша тихо стучит костяшками пальцев. Не получив ответа, заходит в спальню и осторожно приближается к детской кроватке, зная, как трудно даётся укладывание дочки.
Я лежу лицом к стене, не в силах пошевелиться от парализующего оцепенения. И это единственное, что спасает меня от разоблачения.
Свежий воздух, которым я наполнила комнату перед сном, постепенно смешивается с ароматом мужского одеколона и дорогого коньяка. Паша не пьян, но заметно расслаблен. Подогрет ровно настолько, чтобы идея держать дистанцию показалась мне очень разумной.
Я ясно представляю, как он склоняется над кроваткой, и понимаю, что его внимание приковано не только к дочери, но и ко мне. Слишком ощутимо давление между лопаток и ниже.
Мне сложно сформулировать чёткий ответ, почему я помогла ему с разрядкой в ванной.
Почему не оттолкнула и не ушла. Почему позволила себе трогать его, сжимать и ласкать рукой. Почему целовала в ответ, дрожа от соприкосновения языков, хотя ещё недавно верила, что стена, выстроенная мной, достаточно крепка, чтобы устоять.
Сначала казалось, что в этом нет ничего страшного или противоестественного. Обычная механика, упрощающая происходящее. Но потом всё зашло слишком далеко, как по инерции.
Раздаётся шумный, резкий выдох, бьющий по нервам хлеще плети.
Паша ещё несколько секунд стоит посреди спальни, но потом разворачивается и уходит, прикрывая за собой дверь.
И только тогда я снова учусь дышать ровно, успокаивая сердце и пульс, едва не сошедшие с ума от перенапряжения…
А уже утром контакт с мужем ощущается иначе — трезвее и спокойнее.
Пока мы с Алисой провожаем его на работу, я ловлю себя на мысли, что привычная рутина вернула долгожданное ощущение устойчивости.
Я желаю Паше хорошего дня, он отвечает тем же.
Вручаю ему ягодный пирог, протягиваю ключи и телефон с комода — того самого, где ещё вчера лежало врачебное заключение, и ни капли не жалею, что спрятала его. Так будет правильнее. Наверное…
— Сейчас мама позавтракает, и мы пойдём гулять, ладно? — говорю я дочке, усаживая её в электрокачели, как только за мужем закрывается дверь. — А ещё мама выпьет кофе, потому что кое-кто этой ночью уж слишком часто будил её.
Как ни странно, декрет не кажется мне скучным. Возможно, потому что у меня есть помощь и дело для души, а ещё — несколько подруг в новом районе. Они немного старше, чуть более опытные, но никогда не демонстрируют это свысока.
Обычно мы берём лимонад и отправляемся на долгие прогулки по району, наматывая километры и болтая обо всём на свете. Погода балует. Да и с кормлением проблем нет. Если Алиска проголодается, я могу присесть на скамейке в парке, прикрыться и покормить её без лишней суеты. А потом так же неторопливо продолжить путь, пока не придёт время возвращаться домой.
Сегодняшний день с самого утра выбивается из привычного ритма. Всё валится из рук. Ничего не складывается.
Полчаса я бьюсь с неработающим лифтом и звоню в управляющую компанию, но в ответ получаю лишь дежурные обещания скоро всё починить. В итоге тащу коляску туда и обратно сама. К счастью, живём мы всего лишь на третьем этаже — это хоть немного спасает от отчаяния.
