Читаем Офлайн онлайн бесплатно
Ставлю перед собой основу, размечаю точки под крепления. Стараюсь не шуметь и не мешать, но едва поднимаю голову, как ловлю цепкий взгляд зелёных глаз, где мелькает удивление, быстро сменяющееся радостью.
За грудной клеткой вспыхивает короткий, резкий всполох. Импульс, от которого спотыкается сердце, нарушая вполне ровный ритм.
Аня показывает жестом, что скоро закончит. Буквально ещё пять минут.
Киваю, глядя на плавно оборачивающегося Андрея, стискивая зубы. То, что мы больше не пожмём друг другу руки, так же очевидно, как и то, что в его взгляде нет ни капли радости. В нём читается неприязнь и что-то ещё. Показательно-негативное.
Я зеркалю его реакцию.
Аналогично, блядь.
Спустя обозначенное время последняя клиентка уходит, забирая под руку светлую шубу. Я заканчиваю сборку, ввинчиваю последние саморезы и спрашиваю Дарину, где предположительно должна стоять тумба.
Занявшись небольшой перепланировкой, усаживаю Алиску на диван, чтобы покормить пюре, и присаживаюсь рядом на корточки.
За спиной происходит движение, на которое я стараюсь не реагировать, хотя прицельный взгляд, упирающийся между лопаток, жжёт даже сквозь одежду.
— Вы надели не те ботинки, — говорит Аня, устаиваясь рядом с Алисой. — Эти на два размера больше.
— Твою мать… Я-то думаю, чего она всё время падает.
— Но это ничего страшного.
Моя рука зависает, не доведя до рта дочери ложку пюре.
Я бегло отмечаю раскрасневшиеся щёки и улыбку на лице её матери, и только потом двигаюсь дальше.
Воздух между нами трещит, как от статического тока, когда я наконец озвучиваю то, ради чего приехал:
— Аня. Возможно, вчера я выразился не совсем внятно, — роняю вполголоса. — Я прошу тебя отложить решение о разводе… Попробовать ещё раз. Не потому что так надо и не из чувства вины, а потому это единственное, чего я по-настоящему хочу.
Неопределённость, в которой я живу с утра, тянет вниз и не отпускает ни на минуту.
Я надеюсь на взаимность, потому что вчера она ощущалась каждой клеткой тела. Но я не откидываю тот факт, что могу услышать отказ. Категоричный и безапелляционный отказ, который выбьет почву из-под ног.
Аня ёрзает на месте, складывает руки лодочкой и прячет их между коленями. Из глубины студии доносится женский голос. Кто-то из команды прощается, и над входной дверью звенит колокольчик.
Я чувствую взгляд на скуле, почти физически, будто нежные пальцы касаются кожи.
Хочу этого прикосновения во что бы то ни стало. Это не просто желание… потребность, голод. Как и то, чтобы из студии наконец уехали все лишние.
— Ты всё объяснил достаточно внятно, я поняла, Паш, — отвечает Аня. — Я уже объяснилась сегодня с Андреем… Подожди меня ещё немного, я заберу вещи, и договорим уже дома.
Не знаю, как назвать состояние, когда внутренняя пружина наконец ослабевает, тело становится лёгким, а мысли — неожиданно ясными.
Я выдыхаю со свистом.
Это состояние… блядь, невероятное.
Анна
«Ань, я тут подумал…»
«Похоже, дальнейшее сотрудничество уже невозможно».
Такое сообщение приходит, пока мы с Пашей и Алисой поднимаемся в лифте на третий этаж.
Я не отвечаю и прячу телефон в карман пальто. Даю себе время подумать и остыть.
В висках грохочет пульс. Хорошее настроение смывает волной. Дело не в том, что Андрей больше не будет частью моей команды. Нет. Я и сама давно чувствовала, что он перерос формат, в котором мы работали, просто по какой-то причине оставался, соглашаясь на съёмки раз в неделю или две. У него есть проекты масштабнее, перспективнее. Прибыльнее, в конце концов.
Проблема в другом. Мне паршиво от того, что я обидела человека, который этого не заслужил.
Двери лифта раскрываются, и я первой выхожу на площадку, роясь в сумочке в поисках ключей.
Паша держит на руках нашу дочь. Она вела себя как паинька всю дорогу. И в машине, и в студии. Сейчас, например, Бессонов поочерёдно целует её в щёки — то в одну, то в другую, пока я открываю замок, а Алиска заливисто смеётся, подпрыгивая от восторга.
Две противоположные эмоции сталкиваются внутри, смешивая сладость с горечью.
Я пришла в студию на час раньше запланированного, чтобы собрать мысли в кучу и как следует подготовиться к съёмке. К моему удивлению, Андрей тоже приехал заблаговременно. Общение, разумеется, не складывалось. Оно оставалось натянутым. Во мне кипели впечатления после свадьбы, но не от самого торжества, а от того, что произошло после.
Наверное, это было написано и на моём лице, потому что Андрей спросил, как прошла свадьба, а потом — не хочу ли я ничего ему рассказать. Например, почему так и не ответила на последнее сообщение. Почему не прислала ни одной фотографии, хотя обещала.
Он не требовал и не упрекал. Не давал оценок, когда я призналась, что со свадьбы мы с Пашей уехали вместе. Что был разговор. Поцелуй. И… был бы секс, если бы не телефонный звонок от свекрови. Да, он бы случился. Потому что я намеренно игнорировала все тревожные сигналы, которые звучали в голове. Полагаясь на… не знаю, на инстинкт. На химию. На безрассудное «хочу»!
