Читаем Офлайн онлайн бесплатно
— Я тебя отпустила, Паш. Взвесила всё за и против — и отпустила, чтобы ты реализовался. Чтобы мог идти вперёд без довеска в виде навязанной жены и ребёнка. Чтобы потом никто не сказал, что я держала тебя силой.
— Меня сложно удержать силой, — парирую. — У нас немного разная весовая категория.
— Ты понимаешь, о чём я.
— Да. Я анализировал то, что ты говорила. Думал, может, ты в чём-то права. Но мозгами не дошёл до того, что права полностью. Я бы поспорил.
— Ты обвиняешь меня в том, что я кого-то вожу в эту квартиру. В то время как Я. Тебя. Отпустила! Я свободна и имею право делать, что хочу. Отпустила — к Марине, к кому угодно! Хотя ты понятия не имеешь, что я тогда чувствовала. Что творилось у меня внутри. После всего этого ты смеешь меня обвинять?!
Не в силах усидеть на месте, я подрываюсь с дивана и подхожу к окну.
У нас маленькая кухня. Я бы сказал — крошечная. На тот момент, когда я брал эту квартиру, не особо располагал средствами. Но я прекрасно помню, что именно здесь, на этой кухне, Аня поставила между нами точку. Оборвала, когда было тонко.
Уперев ладонь в оконную раму, смотрю в тёмное стекло. В нём отражается не двор, а я сам. Разбалансированный и слегка потерянный.
Пульс идёт вразнос. Сердце работает на пределе. С учётом новой информации, полученной от собственной жены, события последних дней видятся иначе. Вновь почувствовать её заботу, нежность, любовь — вот цель, которую я себе поставил.
— Марина прилетала ко мне в начале осени, — выдавливаю признание. — Прилетала потому, что я не обозначил вовремя, что отношения между нами уже невозможны. Она пробыла в городе неделю. Может, чуть больше. Причиной задержки стала ситуация, из-за которой она оказалась в больнице. После этого улетела куда-то на кастинг. Я не вникал, куда именно.
— Ты посещал её в больнице?
— Пару раз наведывался. Да.
— Помимо того, что ты ответственный, ты ещё и благородный, — вспыхивает Аня.
— Ответственный, благородный… Из твоих уст это не звучит как комплимент.
— Ты прав. Это не комплимент.
— А какой твой Андрей?
Я оборачиваюсь, стараясь заглянуть ей в лицо. Застать врасплох не выходит. Она отворачивается, устремляя взгляд то в холодильник, то в дверной проём, то просто в никуда. Моргает, втягивает в себя наэлектризованный воздух. Скрещивает руки на груди и ставит блок, но не тот, который я не смог бы пробить.
Если бы я увидел явный протест с её стороны, возможно, подумал бы об отступлении. Но я вижу эмоции. Отклик. Вижу то, что раскачивает не только меня, и потому выбираю тактику переть напролом. Кажется, это единственный рабочий вариант из всех возможных.
— Иди ко мне…
Я протягиваю руку, почти не дыша. Жду, чувствуя, как от напряжения ломит тело и плечи.
Аня медлит, глядя на мою ладонь. Потом опускает руки вдоль туловища, качает головой и почти невесомо вкладывает свою.
Этого достаточно, чтобы вцепиться в неё крепко. Почти намертво. Потянуть за собой, сесть на диван и усадить на колени. Ткнуться лбом в её плечо, ощущая одновременно облегчение и удовлетворение. Пиздец какую гремучую смесь.
Прямая осанка. Настороженность в каждом жесте.
От её волос пахнет шампунем с примесью кокоса, и я ненадолго прикрываю глаза, проваливаясь в ощущения, которые размазывают. Тепло уходит по венам вниз, сводя мышцы. В такие моменты я забываю, кто из нас кого держит.
— Разумеется, я ни разу не приводила Андрея сюда. Наверное, я слишком тебя уважаю, чтобы так делать, — откликается Аня. — Мы не строим ничего серьёзного. Мы просто… пробуем.
— И как пробуется?
Оторвавшись от её плеча, с трудом разлепляю глаза и вскидываю подбородок.
Смотрю на точёный профиль, длинные ресницы, слегка покрасневшие скулы. Мои руки медленно опускаются к её талии. Я распластываю пальцы, чтобы успеть охватить как можно больше.
От этого соприкосновения меня коротит. От хрупкости. Близости, уязвимости.
— У нас было пару свиданий, Паш. Столько же поцелуев. За мной ухаживали. Красиво, с вниманием. Иногда помогали по мелочам в студии. Я планирую попросить Андрея собрать тумбу. Это всё, что могу сказать, потому что, по сути, рассказывать больше нечего.
Перехватив моё запястье, Аня возвращает взгляд к моему лицу. Предупреждение, но не настолько категоричное, чтобы прозвучало твёрдое «нет», хлещет по щекам. Точно так же она не сказала его и в наш первый раз, предпочитая выжидать.
Я осмысливаю услышанное, подавляя порыв выкатить права. Но в ответ Аня ударит сильнее. У неё есть, что сказать. Она знает, куда бить.
Слегка поиграв челюстями, несдержанно бросаю:
— Сравниваешь?
— Что? — выгибает бровь.
— Сравниваешь его со мной?
Аня сглатывает, качая головой. Уголок рта дёргается. Я бегаю взглядом между её глазами и губами. Вверх, вниз, обратно.
— В чём-то да… В словах, в интонациях. В поцелуях. Ты целуешься как танк — грубо, требовательно. Будто испиваешь всю душу. С ним по-другому. Ласково. Местами слишком осторожно.
Я провожу ладонью вдоль линии позвоночника, ускоряясь с каждой секундой, пока не фиксирую затылок, путаясь в длинных волосах.
Жар под ребрами усиливается. Пульсирует. Накатывает волной и устремляется к паху.
