Читаем Мост онлайн бесплатно
Одним холодным апрельским утром, в понедельник, через несколько дней после того, как Вирджил порвал с Крошкой Мо, его коллеги позвали секретаршу пообедать и выпить. Вирджил, зализывая раны, оставленные одиночеством его новообретенной трезвости, остался в офисе. Когда в кабинете Фрейзера зазвонил телефон, Вирджил взял трубку.
На проводе был старик. Он что‐то бормотал про то, что хочет купить воздушный шар.
— Большой серебристый шар, — говорил он. — Больше, чем в цирке или на каком‐нибудь параде: посмотришь в небо — и вот он!
Собеседник, показавшийся Вирджилу очень старым, поведал ему, что устал жить один и хочет переехать к Дону, его жене Мэрилин и к их дочкам, если они ему позволят. Он плохо питался. Два дня назад в коттедже отключили электричество, и никто не пришел его починить!
Пораженный до глубины души, Вирджил ответил, что старик ошибся номером, и повесил трубку. За все эти годы никто ни разу не говорил ему, что Дон-старший настолько немощен.
Вирджил держал руку на телефоне дольше, чем собирался, и дернулся, когда он снова зазвонил. Он не ответил. Вместо этого он начал листать ролодекс.[4] На карточке с заголовком «Папа» было два адреса: оба в Род-Айленде, но один в Ньюпорте, а другой — в Портсмуте, где‐то в тридцати милях(*) к югу. Дон подписал карандашом «Коммон-сенс-пойнт (коттедж)».
Вирджил не знал, что в тот день сподвигло его навестить Дональда Фрейзера-старшего, но, вероятно, это было как‐то связано с тем, что его собственный отец только что переехал из Монтерея в маленькую хижину в горах Санта-Люсия с видом на океан. Туда только недавно провели телефон. А учитывая, как часто там случались оползни — один такой недавно завалил мост Биксби, — Вирджил переживал, что отец один не справится.
В прошлом году, когда Айрини наконец вышла замуж и переехала со своим машинистом куда‐то в Орегон, Вирджил попытался убедить отца переехать на Восток, к ним с Кэтлин, но Коук Беккет и слушать ничего не желал. Он хотел жить в Биг-Суре еще со смерти Битси и прямо сказал Вирджилу, что лучше помереть в оползне, чем жить рядом с Восточным побережьем, с «пьянчугами, снобами и мудаками».
«Лучше честно умереть, чем жить во лжи», — говаривал он. И часто добавлял: «Твоя мать умерла слишком рано — но честно».
В офисе не осталось никого, кто мог бы помешать Вирджилу надеть пальто и шляпу, повесить на дверь табличку «закрыто» и уйти.
Его машина была в ремонте, и Вирджил ужасно замерз, когда шел на работу пешком, так что он залез в стоявший на парковке черный «виндзор» Фрейзера 1955 года. Он поймал ключи, вывалившиеся из‐под солнцезащитного козырька, и включил обогрев на полную. Он доехал до ближайшей заправки, на которой давали бесплатный кофе, купил карту штата за пятнадцать центов и поехал по магистрали I-95 через Провиденс, вспоминая тот день, когда Коук говорил с полицией о Битси.
Они обвиняли водителя, который был потрясен, но настаивал, что правил не нарушал: «Она выскочила просто из ниоткуда!» — причитал он. Вирджилу тогда было тринадцать, и он отчетливо вспомнил, как его отец поднял руку, как бы говоря: «хватит».
Коук не сомневался в том, что водитель говорит правду, потому что его красавица-жена, при всей его любви к ней, никогда не смотрела, куда идет. Так он и сказал полицейским:
— Элизабет всегда ходила как Моисей: шла, не глядя под ноги, и ожидала, что перед ней все расступятся.
Коук рассказал им, как годами оттаскивал ее от края тротуара и ловил, когда она норовила упасть в канаву, и Вирджил знал, что отец говорит правду. Битси и сама часто смеялась над своей рассеянностью: «Какая же я дурочка!» — любила говорить она. Его это всегда пугало. Он, как и Битси, часто погружался в мечты и не замечал, что происходит, и боялся, что однажды его постигнет та же участь. Он мог вести долгий диалог с Кэтлин и не запомнить из него ни слова. Он не запоминал имена и лица. В школе он никогда не засыпал, но и не то чтобы бодрствовал. А сколько раз он шел куда‐то и внезапно осознавал, что понятия не имеет, где он и куда направляется… У Вирджила были все шансы покинуть этот грешный мир, случайно шагнув под автобус.
Через два месяца после аварии он пошел в библиотеку, чтобы почитать о Моисее. Это его успокоило. Если его мать «ходила как Моисей», возможно, она видела что‐то, чего не видят другие.
Коммон-сенс-пойнт на поверку оказался Коммон-фенс-пойнт, кусочком земли на самом верху острова Акуиднек в Портсмуте. К востоку от него лежал Тивертон, к югу — Ньюпорт, который, как слышал Вирджил, был застроен пятнадцатикомнатными особняками с лучшими видами на скалистый берег Атлантического океана. Четыре года назад здесь поженились сенатор Джон Ф. Кеннеди и Жаклин Бувье, в усадьбе Очинклосс, куда они позвали восемьсот гостей. Примерно таким Вирджил и представлял себе жилище человека, который «купил половину Род-Айленда».
