Читаем Аччелерандо онлайн бесплатно
— Информацию о первом из них все-таки обнародовали, — замечает Аннет. — Скрыть бы и не получилось: всякий, у кого на заднем дворе стоит спутниковая тарелка, смог бы его поймать при правильном стечении обстоятельств. Но проблема в том, что у многих людей, заинтересованных в иноземной жизни, представления об этой самой жизни, прямо скажем, диковатые. А остальные и вовсе считают, что никакой жизни за пределами Земли нет. Конечно, есть и несколько светлых умов, что чешут затылки и гадают, какое новое космологическое явление могло бы выдать сигнал с настолько низкой энтропией, а из тех шестерых, кто не вошел в озвученные категории, пятеро тщатся понять, с какой стороны приниматься за расшифровку, и последний уверен, что это всего лишь случайность. Второй сигнал был очень слабым — его уловила только сеть дальней космической связи.
Манфред возится с системой управления кровати.
— Это не розыгрыш, — говорит он. — Получилось записать лишь шестнадцать мегабит данных из первого сигнала, где-то в два раза больше — из второго. Фон довольно сильный, сигналы не повторяются, их длина — не простая величина, и никаких следов метаданных, что указывали бы на формат, нет. То есть расколоть этот орешек будет ой как непросто. А пущего задора ради какие-то отбитыши из верхушки «Арианспейс», — Масх оглядывается на Аннет в надежде заметить какую-никакую реакцию на упоминание экс-начальства, — решили, что самым умным ходом будет скрыть второй сигнал от публики и работать над ним втайне — для получения преимущества над конкурентами: так, кажется, отбитыши это сформулировали. А что до первого сигнала, то они решили делать вид, что его и вовсе не было. И теперь уже никто не возьмется предсказать, сколько понадобится времени, чтобы выяснить, что это — прозвон от сервера корневого домена галактики, пульсар, сам по себе вычисливший число «пи» до восемнадцатиквадриллионного знака, или что-то еще.
— Но мы не можем знать наверняка, — замечает Моника.
— Я думаю, это весточка от кого-то разумного. — Масх наконец находит нужную ему кнопку, и плед превращается в слизь цвета аквамарина. Он втягивается, бурля и хлюпая, в миниатюрные сопла, во множестве рассыпанные по бортам кровати. — Черт бы драл этот аэрогель! Так, на чем я остановился?..
— На сетевом пакете разумных данных? — спрашивает Алан.
— Не совсем. — Манфред покачивает головой, улыбаясь. — Не знал, что ты читал тот роман Винджа [66]! Или фильм смотрел? Как по мне, успешные «отправленцы» у нас пока что только одни — и ты, скорее всего, помнишь, как поспособствовал мне в их отправке лет этак девять тому назад.
— Лангусты. — Алан рассеянно смотрит куда-то. — Девять лет. Время до Центавра и обратно?
— Где-то так, да, — говорит Манфред. — И это верхний предел. Источник отправки не может находиться дальше, а вот ближе — очень даже может. Так вот, первый сигнал слался из точки с отклонением в пару градусов — с расстояния в сотню с лишним световых лет. А второй шел уже с трех световых, на деле там даже меньше было. Понимаешь, почему про него не стали говорить вслух? Поднялась бы дикая шумиха. И нет, этот сигнал — не эхо от трансляции наших ракообразных друзей. Думаю, это присланный в ответ гонец, которого мы пока не дешифровали. Теперь-то видишь, к чему спешка с решением проблемы прав? Нам нужен правовой базис, в котором можно прописать статус существ, отличающихся от людей, — и чем скорее, тем лучше. Иначе, если соседушки нагрянут в гости…
— Я понял, — отвечает Алан. — Посоветуюсь сам с собой — авось и приду к консенсусу.
Аннет фыркает.
— Окончательных консенсусов не бывает.
Моника ловит ее взгляд и одобрительно подмигивает, и Аннет осекается, порядком удивленная тем, что единый борганизм может допускать столь вопиющую двойственность мнений.
— Отлично, — с надеждой в голосе подводит последнюю черту Манфред. — Полагаю, это все, о чем можно просить без зазрения. Спасибо за гостеприимство, Боб, а теперь мне, чую, нужно немного побыть в своей постели. Мне пришлось многое запомнить, пока я был в отключке, — хочу записать все это, прежде чем забуду, кто я такой, — добавляет он многозначительно, и Аннет вздыхает с тихим облегчением.
Поздней ночью кто-то звонит в дверь резиденции Боба.
— Кто там? — спрашивает селектор.
— Э-э, я, — откликается человек на крыльце. Он выглядит немного смущенным. — Тут такое дело… меня Масх звать! Я пришел повидать тут… — Имя вертится на языке, но все никак не вспомнится. — …Кое-кого, вощщем.
— Входи. — Жужжит соленоид, гость толкает дверь, и она закрывается за ним. Сапоги, подбитые металлом, звонко клацают по каменному полу, и от них в прохладный воздух то и дело вздымаются облачка, пахнущие невыработанным авиационным топливом.
— Да, я — Масх! — повторяет Джек Кузнечик неуверенно. — Ну или был им немножко… башка трещит от этой кутерьмы знатно, конечно. Но я тут подумал… я хочу стать кем-то более… значимым? Сможете мне помочь?
