Читаем Аччелерандо онлайн бесплатно
Еще более смущенный, Пьер следит за ее рукой, протянутой в сторону застывшего в пространстве мавританского эмиссара.
— Садек…
— Садек знает нашего гостя, Пьер. С этим парнем что-то не так.
— Думаешь, я сам не знаю? — Пьер смотрит на нее с досадой, позабыв о смущении. — Я уже видел его раньше: я много лет слежу за его выходками. Он — верный пес матери Эмбер. Выступал ее адвокатом по разводу, прижимал самого Манфреда Масха.
— Извини. — Сю Ань отводит взгляд. — В последнее время ты сам не свой, Пьер. Знаю, у тебя какие-то нелады с Эмбер. Я очень волнуюсь. Ты не обращаешь внимания на мелочи.
— Как думаешь, кто предупредил Эмбер? — спрашивает он снисходительно.
— О! Ладно, значит, ты в курсе дела, — говорит она. — Но все-таки, хоть я и не до конца все понимаю, вижу — ты расстроен. Я могу чем-нибудь помочь?
— Слушай. — Пьер кладет руки ей на плечи. Она не реагирует, лишь смотрит прямо в глаза. Она невысокая — всего метр шестьдесят ростом, — и Пьера настигает дикое чувство: что-то вроде юношеской неуверенности в девичьих намерениях. Чего же она хочет? — Я знаю, что рассеян, и мне очень жаль — постараюсь быть бдительнее. В последнее время все чаще хочется запереться наедине со своими мыслями. А нам лучше возвратиться в зал, пока никто не заметил.
— Может, сначала обсудим твою проблему? — спрашивает Сю Ань, прося довериться.
— Я… — Пьер качает головой.
— Не сейчас, — говорит он. — Давай вернемся назад.
— Как скажешь. — Она кивает, затем отворачивается, шагает прочь, шурша юбками, и он снова размораживает реальность, занимая свое место в большой Вселенной — как раз в тот момент, когда уважаемый гость подает королеве коллективный иск, а королева отвечает назначением судебной дуэли.
Хёндай +4904/-56 — коричневый карлик, шар мутного водорода, сконденсировавшийся в звездной колыбели. Он в восемь раз тяжелее Юпитера, но этого недостаточно, чтобы зажечь и поддерживать термоядерный огонь в его недрах. Беспощадная сила тяготения сжала его в сферу вырожденной материи, окруженную оболочкой газово-жидкостной смеси. Он лишь немного шире того газового гиганта, у которого люди черпают энергию для своего судна, но в разы плотнее. Миллиарды лет назад близкий проход блуждающей звезды, не скованной никакими гравитационными цепями, обычно удерживающими звезды на месте, вышвырнул его из родной системы, отправив в бесконечное странствие через вечную тьму Галактики — в одиночестве, разделенном лишь танцем замерзших лун. В ту эпоху, когда «Странствующий Цирк» направился к своей цели, сбросил свой главный отражатель и замедлился, используя луч лазера, отраженный от сброшенного зеркала на оставшуюся часть паруса, Хёндай +4904/-56 пролетал от Земли чуть меньше, чем в одном парсеке — ближе системы Альфа Центавра. Темный, как ночь в видимой области спектра, он мог бы влететь незамеченным во внешние области Солнечной системы, и только там, освещенный Солнцем, стать видимым в обычные телескопы. Появлением имени карлик был обязан проведенным в начале века инфракрасным обзорам неба, обнаружившим его в луже остаточного теплового излучения.
На стеке виртуализации «Странствующего Цирка» симулируются шестьдесят три сознания, скопированные и выгруженные из биологических тел, большая часть которых все еще здравствует у себя дома. Целая толпа, но и в толпе можно почувствовать себя одиноким — к сожалению, даже в том случае, когда именно ты устроил вечеринку. А уж в особенности когда преследуют мысли о долгах, пусть даже ты и миллиардер и главный наследник самого большого репутационного фонда человечества. Наряд Эмбер — черный свитер и черные гетры — мрачен, как и ее настрой.
— Вас что-то тревожит. — Сухонькая мужская рука опускается на спинку кресла по соседству. Эмбер сразу оглядывается — и кивает, признав человека рядом.
— Да, пожалуй. Садись. Что-то ты на аудиенции сидел тише воды, ниже травы.
Худой смуглый мужчина с аккуратно подстриженной бородкой и высоким изборожденным морщинами лбом усаживается рядом с ней.
— Меня несколько смущали все эти роли. Почему де Валуа?
— Скажу так: мне ее шляпка идет. — Эмбер откидывается назад в кресле. — А знаешь, у Маргариты была интересная жизнь… — произносит она мечтательно.
— В смысле, полная греха и разврата?
— Садек! — Эмбер закрывает глаза. — Прошу, давай не будем хоть сейчас устраивать священную войну за абсолютную мораль. Нам предстоит выход на орбиту, поиск роутера и установление контакта, а я очень устала. Как выжатый, блин, лимон.
— Прошу прощения, о королева. — Он осторожно склоняет голову. — Это из-за вашего молодого человека? Он плохо с вами обращается?
