Читаем Аччелерандо онлайн бесплатно
— Когда? — Пьер покачивает головой. — Она же все время проводит со Слизнем. Даже не разветвляет сознание для сторонних обращений, и у личных ключей доступ приостановлен. Я уже почти ревную. — Впрочем, судя по интонации, Пьера это едва ли тяготит.
— А чего тут ревновать? Попроси ее разветвиться, да и дело с концом. Скажи — поговорить охота, ну или потрахаться, или просто развеяться… сам же все знаешь!
— Хо-хо-хо, как все просто. — Пьер с мрачной усмешкой заливает в себя остатки пива, швыряет бутылкой в рощу саговников и щелкает пальцами; материализуется очередное пиво — вдогонку выпитому.
— Так или этак, но до Сатурна две мегасекунды, — говорит Борис и начинает точить свои дюймовые резцы о край стола. Клыки крошат доски, будто размокшую картонку. — Хр-р-рум. Какой-то странный у нас спектр эмиссии во Внутренней системе, сечешь? Донышко у гравитационного колодца сплошь туманом затянуто. Я тут подумал, вдруг волна обращения материи уже и за орбиту Юпитера заползла?
— Хм. — Пьер делает большой глоток и отставляет бутылку в сторону. — Может, это и объясняет наше перенаправление. И все равно — почему они не включили для нас лазерную сеть Кольца?
После того как команда «Странствующего Цирка» вошла в роутер, массивная когорта двигательных лазеров не проработала и сотни мегасекунд, бросив судно дрейфовать в холодном мраке, и причины тому до сих пор остались неясными.
— Хрен поймешь, почему не отвечают. — Борис пожал плечами. — По крайней мере, кто-то живой там есть — они же выдали нам курс, типа, следуйте к тем-то и тем-то орбитальным элементам. Уже что-то. Но я ж тебе с самого начала твердил: превращать систему полностью в компьютроний — идея так себе, в долгосрочной-то перспективе. Представь, куда теперь все зашло?
— Хм-хм. — Пьер рисует в воздухе круг. — ИИНеко! — зовет он. — Ты меня слышишь?
— Не кантуй меня. — В кругу материализуется еле заметная ухмылка — призрачный намек на клыки и торчащие во все стороны усы. — Я тут, между прочим, яростно дрыхну…
Борис закатывает один подергивающийся глаз и роняет слюни на стул.
— Хрум-хрум, — рычит он голосом заправского динозавра. — Зачем ты спишь? Мы, если ты вдруг забыла, в гребаной симуляции.
— Просто люблю спать, — отвечает кошка, возвращая своему хвосту видимость и сразу за этим недовольно топорща его. — Ну, чем вас наградить? Блохами?
— Нет уж, спасибочки, — суетится Пьер. В последний раз, когда он в сердцах обматерил ИИНеко, она наводнила три карманных вселенных крысами — маленькими, серыми и очень проворными, целой крысиной ордой. Межзвездным полетам на консервных банках с умной материей всегда сопутствует неудобство: ничто не сдерживает изобретательность пассажиров с доступом к системе контроля реальности. Бар мелового периода, где они сейчас сидели, был просто развлекаловкой за авторством Бориса — причем довольно консервативной в сравнении с иными симулированными средами в «Странствующем Цирке». — Скажи-ка, у тебя есть какие-нибудь новости о том, что происходит внизу? Мы всего в двадцати объективных днях пути от выхода на орбиту…
— Они не посылают нам энергию. — Теперь ИИНеко полностью материализуется, крупная, крутобокая, оранжево-белая — с завитком коричневого меха в форме буквы «@», украшающим ее ребра. Зачем-то она усаживается на стол, нахально водружая филейную часть на нос велоцираптора Бориса. — Без движущего лазера пропускная способность — так, пшик. Они передают латиницей со скоростью 1200 символов в секунду, коли хочешь знать. — При колоссальной емкости корабельных носителей в несколько авабит и дикой пропускной способности передатчика, подобное сложно не воспринять как плевок в душу. Авабит — это число Авогадро единиц памяти, 6×1023, в миллиарды раз больше емкости всех компьютеров в Сети образца начала тысячелетия.
— Эмбер велит, чтоб ты пошел и повидался с ней прямо сейчас. В комнате аудиенций. Само собой, визит неформальный. Думаю, она хочет обсудить ситуацию.
— Неформальный? То есть можно не наряжаться в парадную аватарку?
Кошка фыркает.
— Вот сама-то я в меху, — шаловливо заявляет она, — а под мехом — ни ху-ху. — Она исчезает прежде, чем челюсти Бориса-велоцираптора отхватывают от нее кусок.
— Пошли. — Пьер встает со вздохом. — Посмотрим, что Ее Величеству от нас нужно.
Добро пожаловать в восьмое десятилетие третьего тысячелетия, когда последствия фазовых изменений в структуре Солнечной системы наконец-то становятся заметными в космологическом масштабе.
