Читаем Улей онлайн бесплатно
Он испускал холодное белое сияние, освещавшее проход. Гейтсу больше не нужен был фонарик. У него даже не было в руках фонарика. Он выронил фонарик, опустившись на колени в приступе страха, вызванного призраком. Привидение становилось больше, его туманное тело заполнялось, уплотнялось. На самом деле это были не плоть и кровь, а скорее прозрачная эктоплазма, но с каждым мгновением, питаясь его страхом, призрак становился все более материальным и реальным. Гейтс слышал шелест крыльев, ощущал запах кожистой шкуры, видел, как все более яркими становятся глаза. Призрак издал торжествующий возглас.
– НЕТ! – закричал Гейтс, вставая: призрак приближался со свистом исходящего газа. – Я НЕ ПОЗВОЛЮ ТЕБЕ КОРМИТЬСЯ МНОЙ! Я НЕ СКЛОНЮСЬ ПЕРЕД ТОБОЙ, ПОТОМУ ЧТО ТЫ НИЧТО… ТЫ… НЕПРИСТОЙНОСТЬ! ТЫ СЛЫШИШЬ МЕНЯ? ВСЯ ТВОЯ РАСА – НИЗКИЕ ПОЛЗУЧИЕ ЧУДОВИЩА!
И это подействовало, гнев и наглость ослабили призрак. Глаза его заморгали, тело распалось на клубы дыма, которые изо всех сил пытались соединиться, восстановить целое.
Гейтс подобрал фонарик и пошел по проходу, углубляясь в город. Теперь его вели, и он не мог повернуть назад.
СТАНЦИЯ «ВРАДАЗ» – В ПУТИ
– Объясни мне снова, зачем я это делаю, – сказал Катчен.
– Ради блага человечества, – ответил Хейс. – Какая еще причина тебе нужна?
Может, Катчен нуждался в ободрении, в поддержке, но Хейс ничего из этого не мог предложить. Почему они едут на станцию «Врадаз», заброшенный русский лагерь? Даже он этого точно не знал. Но здесь произошло что-то очень плохое, что-то ужасное, и Хейс чувствовал, что очень важно узнать, что же здесь все-таки случилось. Может, они не найдут ничего, кроме засыпанного снегом лагеря, но Хейс считал, что там должны быть какие-то свидетельства. Если хотя бы часть того, что сказал Николай Колич, правда, то, что происходило на «Врадазе», сейчас повторяется на станции «Харьков».
Хейс очень хорошо помнил слова Колича.
Разве это не звучало знакомо?
– Буря становится сильней, – сказала Шарки.
Хейс провел «снежного кота» через возвышение и двинулся по безжизненной ледяной равнине. Он считал, что они через тридцать-сорок минут доберутся до «Врадаза», если буря их не проглотит живьем. Снег, который швырял на «кота» ветер, заставлял машину дрожать. Было темно, и единственное освещение давали фары «кота».
– Мы ведь не заблудимся? – спросил Катчен.
– Не думаю. Я привязал нить от воздушного змея к машине, а второй конец – к дому Тарга. – Он оглянулся на большое прямоугольное зеркало сзади. – Черт возьми… кажется, нить кончилась.
– Ха-ха, как смешно, – сказал Катчен.
– Расслабься. навигатор знает дорогу; перед выездом я отметил положение «Врадаза». Если заблудимся, радиомаяк на «Харькове» привезет нас обратно.
– В худшем случае, – сказала Шарки, – соберем древесины и разожжем сигнальный костер. Конечно, если найдем дерево.
– Ребята, вы хороши, – сказал Катчен. – Я забронирую вам номер в Вегасе, когда вернемся. – Он ненадолго задумался. – Как думаешь, Хейс, у этих Старцев есть чувство юмора?
– Да, думаю, есть. Только посмотри, сколько приколов они над нами провернули.
«Снежный кот» подпрыгивал и раскачивался, пробираясь через поле застругов, хребтов из снега и льда, похожих на волны, накатывающиеся на берег. Только они не двигались и были тверды, как гранит. Но «снежный кот» отлично с ними справлялся на гусеницах; он проходил там, где не пройдет машина на колесах.
Буря еще больше разбушевалась, и Хейс свернул в ледяную долину. Ветер выл и ревел, заполняя свои легкие морозом и белой смертью и выпуская все это обратно в виде дикого, хлесткого урагана. В кабине «кота» было тепло даже без КЧХП, но снаружи они бы долго не продержались. Хейс двигался по отмеченной черными флагами ледовой дороге, ведущей к Доминиону и сдвигу «Медуза», пока навигатор не подсказал, что пора поворачивать. Опасная работа в постоянной темноте, но Хейс проложил курс по контурной карте, чтобы избежать трещин и провалов. Конечно, лед был неровный, приходилось постоянно объезжать черные каменные выступы, но они доберутся.
Хейс был в этом уверен.
А вот в том, смогут ли вернуться, уверенности у него не было.
Но, как говорится, по одной проблеме за раз.
– Попробуй снова вызвать Гейтса, – сказал он.
Катчен так и сделал, но ответа не получил. Ничего, кроме мертвого воздуха, как будто в мире больше не осталось ни одного живого существа.
– Даже в такую бурю, – сказал Катчен, – он должен нас услышать.
– Может, в «гипертате» никого нет, – сказала Шарки.
– Кто-то
Конечно, она знала, но надеялась, что он об этом не упомянет.
