Читаем Улей онлайн бесплатно
Он прошел к «гипертату». Внутри не было ничего необычного. Койки и матрацы, спальные мешки и виниловые вещевые мешки с личными вещами. На стене – обувь и несколько КЧХП. Две безопасные горные печки, ящики с консервированной и обезвоженной пищей, пропановая печь, кувшины с замерзшей водой. Полевое радио и голосовая спутниковая система для приема и передачи. Пробковая доска с записями и номерами теленета. Кто-то прикрепил рисунок Годзиллы и пририсовал улыбку на ее морде.
Катчен сглотнул.
– Выглядит нормально.
– Только ничего не работает, – сказала Шарки. – Генератор отключен. Локальная сеть не действует. Как будто все заброшено.
– Идемте, – сказал Хейс.
Они прошли в заднюю часть «гипертата». Гейтс и его люди использовали ее как полевую лабораторию. Стол был загроможден образцами окаменелостей, другие образцы лежали в корзинах и ящиках. Пара портативных микроскопов Никсона, несколько коробок со слайдами, подносы с инструментами. Ручная дрель и измельчитель. Несколько бутылок с химикатами, груда исписанных блокнотов и окаменевший аммонит как пресс-папье. Занавесом было отделено темное помещение с фотоаппаратами и фотомикроскопом.
Шарки просматривала записки.
– Ничего интересного, – сказала она. – Геологические и палеонтологические материалы… измерения и классификации… чертежи и рисунки стратиграфии и тому подобное. Записи о брахиоподах, криноидах, о слоях, богатых окаменелостями.
– Базовые геологические сведения, – сказал Катчен.
Шарки продолжала поиски.
На полках лежало много блокнотов в спиральных переплетах, свернутых карт, гроссбухов, коробок с CD-дисками. Она раскрывала папки, читала записи в полевых журналах.
– Проводишь инвентаризацию? – спросил наконец Катчен.
– Да, – ответила она, продолжая поиски. – Мне нужно установить, сколько рулонов туалетной бумаги они использовали.
Хейс нервно рассмеялся.
Катчен отмахнулся от Шарки… вернее, попытался это сделать в варежках.
Хейс не вмешивался, потому что знал: она не просто тратит их время. Если она решила просмотреть эти груды бумаг, значит ищет что-то важное.
Он прислонился к двери, думая о холоде.
На всех троих было свыше тридцати фунтов одежды: белье, свитеры, шерстяные носки. Изолирующие нейлоновые комбинезоны, парки, варежки, лыжные перчатки и «кроличьи сапожки» – эти большие лунные сапоги, накачанные воздухом для теплоизоляции. Но даже так длительное пребывание в антарктической ночи не рекомендовалось. Холодный воздух спускался с вершин и проносился над долиной со скоростью семьдесят миль в час, доводя температуру до восьмидесяти ниже нуля. Чем быстрей они отсюда уберутся, тем лучше. Хейс следил за Шарки и Катченом и за своим состоянием. Искал признаки переохлаждения: ступор, усталость, дезориентация и так далее.
Это произойдет.
Рано или поздно.
– Ничего, – сказала Шарки. – Совсем ничего.
– Но что ты ищешь? – спросил у нее Катчен.
– Не знаю… что-нибудь принадлежащее Гейтсу. Личный дневник или типа того. Может, это в «коте».
Снаружи холод показался еще сильней и безжалостней. Они слышали далекий треск ледников, хриплые звуки собственного дыхания, когда пар замерзал и оседал льдом на парках.
Задержались у горных палаток, но и в них не было ничего интересного. Все обычное: лопаты и ледорубы, кувалды и ручные ледобуры, запчасти для бурильного оборудования, койки и брезент. Шарки повела всех к «снежному коту» Гейтса. В нем тоже ничего не было. Во всяком случае, ничего похожего на дневник.
Но под сиденьем она что-то нашла. Выглядело это как пульт от телевизора.
– Что это?
– Детонатор, – сказал Катчен.
Хейс взял его у Шарки, осмотрел при свете.
– Да… к тому же заряженный.
Теперь все смотрели по сторонам. Наличие поблизости взрывчатки – это угроза, заставляющая забыть о пришельцах, которые могут похитить твой разум. Хейс положил детонатор на сиденье.
– Мы здесь в опасности? – спросила у него Шарки.
– Нет, не думаю. – Хейс огляделся. – Полагаю, здесь кто-то заложил заряд, может, для сейсмических исследований. Может быть.
Но думал он совсем не об этом. Учитывая, что тут произошло, он бы не удивился, если бы узнал, что весь лагерь подготовлен к взрыву.
– Мы здесь уже тридцать минут, – сказал он. – Пора связываться.
И он пошел к их «снежному коту», которого оставили с работающим двигателем, чтобы он не замер. Забрался в кабину и через несколько минут снова появился.
– Ничего, – сказал он. – Никого не могу вызвать.
– Должно быть, буря, – сказал Катчен.
– Да, наверно.
Они прошли между стенами из снежных блоков подальше от палаток лагеря к карнизу черного камня-песчаника, который поднимался на двести футов. У его основания стояла установка Гейтса, портативное бурильное устройство. Бур на треножнике, компрессор и катушка шланга были установлены на полозьях, и их пришлось откатывать от зияющей черной трещины, уходящей в глубину земли. Расщелина была эллиптическая по форме, примерно в двадцать футов в самом широком месте. Рядом была установлена лебедка, чтобы опускать припасы и поднимать образы.
