Читаем Улей онлайн бесплатно
На лице Паркса было выражение недоверия. Может, он не верил в то, что сказал Гейтс, а может, сознательно – вопреки фактам, смотревшим ему прямо в лицо, – отказывался принять идею о цивилизации, предшествовавшей человеческой на полмиллиарда лет. В нем глубоко укоренилось человеческое высокомерие. А ведь эта находка подрывала значимость человечества.
– Город, – говорил Кэмпбелл. – Город.
Но Хейс думал совсем не о городе. То, что он видел, раскинулось без всякого видимого плана, скорее напоминая кладбище, чем город, что-то расширявшееся по мере необходимости. Все эти монолиты и валы, продолговатые плиты и изъеденные червями столбы, низкие каменные здания, покрытые тиной, водорослями и морскими животными… да, в этом было что-то неописуемо мрачное, как в древних могилах, рухнувших мавзолеях и заросших плющом склепах. Структуры теснились и налегали друг на друга, как в средневековых трущобах, тесных, вызывающих клаустрофобию, перерезанных узкими улицами.
Едва в состоянии дышать, Хейс смотрел на эти сложность и многообразие. Все выступало и наклонялось, поднималось и падало, как груда костей, нагроможденных друг на друга за бесчисленные тысячелетия, пирамиды и купола, валы, конусы и арки. Как брошенные черепа и ребра, позеленевшие от мха, горы бедренных и локтевых костей и лестницы позвонков. И все это – под вечным дождем осадков, плывущих и перемещающихся, как пух одуванчиков.
Гидробот плыл над городом (или кладбищем) вверх по склону холма, и они увидели это. Не прогнившее скопление обломков и артефактов на окраинах, а
Хейс просто стоял, внутри него что-то клокотало.
Циклопический мертвый город башен и шпилей поднимался на невероятную высоту и выглядел как фантастическая роща, вздымающаяся от основания… если у него было основание. Бо́льшая часть города как будто погрузилась в лес водорослей. Сооружения были прорезаны множеством дверей, похожих на заросшие мхом входы в пещеры, в которых царила безграничная тьма. Огромный, окутанный тенями метрополис с извращенной геометрической архитектурой. Руины первобытного чужеродного города на илистом, заросшем водорослями дне озера. А гидробот продолжал подниматься, его прожекторы освещали большие галереи, купала, спирали и кубы, которые давно должны были упасть под силой тяготения, но не падали.
Все это напоминало Хейсу гигантскую каллиопу, вздымающуюся на неведомую высоту… покинутую, заброшенную, пронизанную сводами и впадинами. Он видел шестиугольные плиты из голубого кристалла, арки, шпили и сферы, брошенные друг на друга, как будто весь город упал и разбился, превратившись в беспорядочную россыпь острых осколков. И все это было покрыто поразительным разнообразием губок, раковин, цветущих анемонов, бледных слизистых мхов и густыми зарослями водорослей, которые росли словно прямо из стен и грациозно покачивались в каком-то невидимом течении.
– Маг… магнитная аномалия, – сказал Паркс. – Она должна быть сосредоточена где-то здесь.
– Да, – услышал свой голос Хейс. – Как какой-то двигатель, генератор, который все еще работает после стольких лет.
Гидробот продолжал подниматься, показывая панораму города и стараясь отойти подальше, чтобы дать более широкий обзор, но его света просто не хватало, и бот мог только показывать все новые примеры жуткой архитектуры и мрачного гигантизма. Тени вокруг сооружений метались, прыгали и танцевали, и эффект, мягко говоря, был обескураживающий: казалось, город движется, ползет, подбирается к ним, открытые двери зияют, как рты, водоросли качаются и извиваются.
Это общее впечатление заставило Хейса понять, как далеко он от дома и как одиноки они на «Харькове». Запертые в таком далеком месте, полном эха, призраков и потерянных голосов. В месте, где никогда не восходит солнце и не становится тепло.
Даже для Паркса не оставалось ничего, кроме принятия. Принятия всего, что они сейчас знают и чего не знают. Потому что человеческий разум не мог создать такой город. Сама безумная геометрия этого места вызывала желание выплеснуть свой разум в душераздирающем крике.
Гидробот поднимался уже почти час; он сообщил, что поднялся на пятьсот футов, но наконец они добрались до верхнего яруса города. Сверху он напоминал похожий на лабиринт переплетенный лес мертвых деревьев… куполов, колонн и того, что выглядело как пересекающиеся шпили тысяч церквей. Все это было соединено паутиной туннелей, подобных нитям или веревкам. Хейс увидел что-то похожее на горгулий, сидящих на каплеобразных выступах. Но это были не горгульи, а покрытые слизью существа, напоминающие гигантских кузнечиков со слишком большим количеством конечностей. Что-то в их наружности заставляло все внутри сжиматься.
Но, может, он вообще это не видел.
