Читаем Да, шеф! онлайн бесплатно
Фрейя повинуется и видит себя. Свои фотографии. Вот она в восемь лет готовит торт с ананасами. В девять замешивает тесто для хлеба. В десять жарит своего первого лосося. Статья из «Ноттингем-Пост» с заголовком «Местная девушка выиграла Юниорский кулинарный конкурс» и фотографией Фрейи, гордо держащей победный клубничный чизкейк. Сердце Фрейи наполняется теплым светом, пока она просматривает все новые и новые фотографии, на которых она режет, рубит и чистит кожуру. Написанный ее неровным почерком рецепт домашней пиццы и бесчисленное количество меню той же ручкой. Фрейя перелистывает страницы, останавливаясь на другой статье «Ноттингем-Пост», озаглавленной «Ой, она снова это сделала!», где рассказывается, как в следующем году она победила в конкурсе молодых британских су-шефов. И, наконец, на последней странице результаты ее квалификации в «Золотой ложке».
– Вы знали, что я отобралась? – ошеломленно спрашивает Фрейя.
Миссис К. обнимает е за плечо.
– Конечно, я знала. Ты же не думала, что я отвернулась от тебя, не так ли?
Фрейя вытирает слезы с глаз.
– Но я так ужасно себя повела. Я была…
– То, что я чего-то не вижу, не означает, что я чего-то не понимаю… кстати. – Миссис К. лезет в сумку и достает маленькую подарочную коробку. – Твоя мать попросила передать тебе.
– Вы видели мою маму?
– Ей жаль, что она не может быть здесь, она так безмерно гордится тобой, Фрейя.
Фрейя в панике.
– Она знает, что я здесь?
Миссис К. кивает.
– Она тоже хотела бы приехать.
– Она не расстроилась по этому поводу или что-то в таком роде?
– С чего бы? – Миссис К. тянется к ее руке. – Фрейя, она рада, что ты живешь своей жизнью. Что ты… как там она сказала: «поехала за золотом». Твоя мама желает тебе добра. Я уверена, что она живет мыслями о тебе.
Фрейя чувствует, как ее сердце наполняется горько-сладкой волной радости и печали. Если бы только ее мама могла приехать… Но, конечно, это совершенно невозможно. Она смотрит на подарочную коробку и читает бирку.
К горлу Фрейи поднимается комок. Она обводит пальцами почерк матери и пытается представить, где та была, когда писала эти слова. Сидела в своем любимом кресле у окна в общей гостиной? Или на скамейке в парке во время одной из утренних прогулок? Или, может, сочинила его на воображаемом пляже с белым песком рядом с бирюзовой водой – храни боже силу воображения. Фрейя распыляет духи на запястье и вдыхает свежий цветочный аромат лотоса, фрезии и белых лилий. Запах, который ассоциируется у нее с матерью. Решив перелить содержимое нового флакона в старый, который почему-то кажется лучше, стекло более гладкое, прочное и успокаивающее, Фрейя видит, как Ксантос возвращается от банкомата. Как-то она уж слишком сильно в него влюбилась, но ничего с собой поделать не может. Он шагает к ним.
– Ты не против, если я сяду? – спрашивает Ксантос, указывая на подоконник рядом с ней.
– Пойду-ка проверю, что ваша подруга не заблудилась. – Миссис К. понимает, что лучше ей уйти, и оглядывается в поисках Хади, которая добрых пятнадцать минут назад скрылась в туалете и до сих пор не вернулась.
Фрейя улыбается, кладет духи в сумку и освобождает для него место. Он усмехается.
– Как английский пациент?
– Английский пациент в порядке [38], – подхватывает она, прислонившись спиной к окну и наблюдая за хаосом в зале ожидания. – Но английскому пациенту было бы еще лучше, если бы ей не пришлось возвращаться в Великобританию.
Он берет ее за здоровую руку.
– Извини, что не остановил автобус. Прости, что вызвал у тебя всю эту сумасшедшую панику, но я не идеален, Фрия. Я ревновал. Мне было больно, и я хотел, чтобы тебе тоже было хоть немного больно, ровно настолько, чтобы тебя встряхнуть. Я знал, что Димитрий привезет тебя.
– Мог бы поделиться со мной этой крупицей информации.
– Мне правда жаль. И мне жаль, что тебе сегодня не повезло. – Он трется о ее руку своим щетинистым подбородком. – Но для меня ты всегда победительница.
Фрейя оглядывает приемный покой, ожидая волну боли и разочарования, но вместо этого накатывает чувство умиротворения.
– Забавно. – Она поворачивается к нему и смотрит в глаза. – Всю свою взрослую жизнь я думала, что кроме «Золотой ложки» мне больше ничего не надо, и все же сегодня, подойдя к мечте так близко, я поняла, что это был суррогатный сон.
Ксантос хмурится.
– Суррогатный сон?
– Ну знаешь, когда думаешь, что хочешь чего-то, а на самом деле все время мечтал о чем-то другом?
– Нет, не знаю.
Фрейя смеется.
