Читаем Да, шеф! онлайн бесплатно
Рокот голосов и шарканье ног доносятся сверху, пока зрители занимают свои места в бельэтаже с видом на сцену. Фрейя смотрит на море сторонников Мишеля – братьев, сестер, тетушек, дядюшек, племянниц, племянников, су-шефов и стажеров, учеников и протеже, мэров и их жен, которые прилетели из Франции, чтобы посмотреть, как их соотечественник выигрывает «Золотую ложку». Ну просто выезд фан-клуба, когда горстка домашних болельщиков теряется в море фанатов, что приехали болеть за своих. Прочесывая ряд за рядом, она ищет Ксантоса.
– Мы здесь, Фрей! – Хади машет ей рукой из боковой галереи, рядом с ней Аггелики, а позади компания пожилых дам. Подруга перегибается через балюстраду. – Мне так, так жаль, Фрейя! Я пыталась остановить водителя автобуса, но он просто проигнорировал меня, и нам пришлось подбирать еще одну гостью!
– Конечно, – тихо говорит Фрейя, наблюдая, как Димитрий и Кристос садятся возле Аггелики. Расшатанные нервы, с которыми она сражалась все последнее время, бог знает, как долго, взяли свое, и пока Фрейя не готова простить подругу – ее интрижка с Андре едва не стоила Фрейе мечты всей жизни, и она еще не до конца оправилась.
Нервно встряхивая руками и ногами, она продолжает прочесывать непрерывный поток гостей в поисках Ксантоса, ее взгляд выхватывает мэр Нарбонны, который разворачивает огромный баннер на пятерых человек.
Только посмотрев в другую сторону узкого прохода, она замечает его. Оливковая футболка. Точеная челюсть. Темная щетина. Суровый взгляд, с которым он поднимает свой плакат. «ВПЕРЕД, МИШЕЛЬ!» Желудок Фрейи превращается в камень. Ксантос действительно готов так с ней поступить?
– Allez, Michel! – хрипит голос сзади.
– Vas-y, Michel. On compte sur toi! [30]
Она упирается ладонями в стойку и пытается выдохнуть скобу, которая только что проткнула легкие, кровь бурлит, а тело становится ватным. Ксантос определенно знает, как воткнуть нож в спину. Но вот что, говорит она себе, пошел он, если считает нормальным так себя вести. Пусть идет на фиг. Причем в гордом одиночестве! Ксантос может сколько угодно трясти плакатиком, но Фрейя, черт возьми, выиграет это соревнование. Честно и справедливо. Для себя. Если хотят драки, они ее получат. Фрейя не просто так выбралась из сточной канавы, здесь у нее наконец есть возможность показать всем, на что она способна. Вдох, два, три, четыре. Выдох, два, три, четыре. Она закрывает глаза, благодарит свои счастливые трусики за то, что они доставили ее сюда вовремя (видите, они никогда ее не подводили), и снова открывает их (глаза, а не трусики).
Судя по всему, мать Мишеля – она выглядит его копией за вычетом растительности на лице, – смотрит на сына с балкона.
– Bonne chance, chéri! [31]
– Merci, maman [32]. – Мишель расхаживает по сцене. Фрейя шлет ему примирительную улыбку.
– Et n’oublies pas de sourir de temps en temps. T’as la gueule d’un chameau! [33]
– OK, maman. Ça suffit! [34]
Ассистентка смотрит на Мишеля ледяным взглядом. Преисполненная решимости не дать Ксантосу взять над ней верх, Фрейя смотрит только на боковую галерею, где сидит Хади. Отрицательная энергия ни к чему, и на карту поставлено слишком многое, чтобы отвлекаться на ерунду.
– Дамы и господа, – раздается голос из громкоговорителя. – Добро пожаловать на гранд-финал «Золотой ложки». – Приветствие повторяется на греческом языке.
– Bonne chance! – говорит ей Мишель.
– Удачи! – отвечает она, щелкая пальцами, чтобы успрокоить нервы.
– Займите свои места и устраивайтесь поудобнее, мы начнем через три минуты.
Лишь теперь Фрейя понимает, что оглушительный голос исходит от маленького человека в криво повязанном галстуке и смокинге. Мужчина стоит у сцены и так и не представился.
Желудок Фрейи скачет, точно камень на резинке. Режиссер, волосатый мужчина в затемненных очках, поднимает голову от монитора камеры, установленной в партере, лицом к сцене.
– Камера один? – Режиссер смотрит влево от сцены.
– Готова.
– Камера два? – Он смотрит вправо.
– Готова.
– Камера три? – Он бросает взгляд на стулья, расставленные для судейской бригады
– Готова.
– И камера номер четыре. – Он смотрит на оператора рядом с ним, и тот кивает. – Судьи готовы? – Ассистентка у кулис показывает ему большой палец. – Хорошо, сцена первая, дубль первый. Камера! Мотор!
По виску Фрейи стекает струйка пота. В последний раз она чувствовала такое волнение, когда у нее начались месячные на занятиях зумбой, и она была одета в свои любимые бледно-голубые легинсы. Фрейя тянется к своему стакану с водой, пытается взять себя в руки.
