Читаем Да, шеф! онлайн бесплатно
Он подходит к судейской коллегии, где халлуми и арбузный салат Фрейи стоят рядом с кефтедес Мишеля, оба блюда выглядят блеклыми в студийном свете – ну это потом на постобработке подправят. Фрейя кусает внутреннюю сторону щеки. Наверняка она уже обогнала Мишеля по энергетической ценности, раз он выбрал жирную баранину? Или нет? Греческий салат, который Мишель приготовил в качестве гарнира, отвечает за здоровое питание.
– Каждый судья попробует оба блюда, а затем его попросят выставить баллы по десятибалльной шкале, что означает, что через несколько минут либо Фрейя Баттерли, либо Мишель Верньон будут объявлены победителями «Золотой ложки»!
Сердце Фрейи трепещет от надежды и страха.
– Судьи, вперед!
Фрейя будто покидает свое тело. Мишель нервно мнет края фартука. То ли она привыкла к пульсации, то ли прилив адреналина рассеялся, Фрейя не знает, но вся нервозность пропала. Вместо этого она чувствует себя до странного спокойной. Может, у нее вышли из строя надпочечники и им больше нечего дать? А может, дело в присутствии миссис К., но так или иначе, теперь, когда участь Фрейи находится в руках судьбы (ладно, в руках трех поваров мирового класса), ее охватила полная безмятежность.
Яннис Мустакас первым пробует кефтедес Мишеля. Наклонившись и наколов баранину, он подцепляет вилкой салат, чтобы приготовить мини-кебаб, и медленно подносит его к своей густой бороде.
– Изысканно, – говорит он, складывая кольцо большим и указательным пальцами. – Мясо сочное, а смесь орегано, петрушки и мяты обеспечивает правильный баланс аромата. Идеальная смесь.
Фрейя чувствует укол беспокойства.
Талия Дракос смотрит на тарелку, которую перед ней поставили, и хлопает в ладоши ассистентке, которая убегает со сцены влево.
– Талия, не могли бы вы озвучить нам свой вердикт? – Мини-Смокинг нервно сжимает карты-подсказки.
– Презентация потрясающая. Такой калейдоскоп цветов в салате. – Талия накалывает баранину вилкой, а сама хватает салфетку, которую ассистентка подает ей под столом.
– Замечательно. Тает во рту. Чувствуется, сколько любви повар вложил в свое блюдо. Говорят, картинка красноречивее тысячи слов – ну, скажу я вам, такое блюдо может вызвать миллион ощущений. Я чувствую взрыв вкуса на языке и…
Каждый комплимент – словно удар ножом в сердце Фрейи. Кажется, она все-таки не достигла просветления. Ладно бы за эксцентричность хвалили ее салат халлуми, но гастрооргазм над блюдом соперника почти невыносим. Камера поворачивается к Фрейе, чтобы заснять ее реакцию.
– Честно говоря, мои вкусовые рецепторы сейчас устраивают вечеринку во рту, – продолжает Талия. Разве она не может хоть немного сдержаться? – Поистине великолепно.
Очевидно, нет.
– Лучший кефтедес из баранины, который я когда-либо пробовала. – Талия поворачивается к режиссеру. – Тут обрежь. Никто не должен видеть, как я глотаю. «Золотая ложка» – это не гестапо, верно? – Она тут же срыгивает массу в салфетку и тайком сжимает ее в кулаке. Фрейя и Мишель переглядываются.
– И, наконец, Тамека? – вмешивается Мини-Смокинг.
Тамека выпрямляется, раздувает грудь и склоняет подбородок к блюду с бараниной.
– Аромат райский. – Она водит вилкой у носа. – И вкус… – Тамека пробует. – Совершенно чудесный. Все, что можно пожелать от местного деликатеса, и даже больше.
Уверенность Фрейи рушится. Это намного больнее, чем отрубить палец.
– А Мишель точно не киприот? – продолжает Тамека. По аудитории прокатывается гул смеха.
– Спасибо, судьи. А теперь переходим к халлуми и арбузному салату Фрейи. – Мини-Смокинг ведет их вперед.
Желудок Фрейи сжимается. Ближайший оператор едет к ней, чтобы сделать более крупный кадр реакции, поднося объектив так близко к лицу, что каждая пора кожи должна выглядеть как гигантский кратер. Фрейя начинает потеть.
– Красивая презентация, – начинает обсуждение Яннис Мустакас. – Настоящая радуга цветов. Только посмотришь – и уже радостно. Весело.
– Хотя я не могу отделаться от мысли, что с питой ты промахнулась, – вмешивается Талия. – Пита немного приземлила бы вкус. Стала бы холстом, на котором можно рисовать.
– Я не согласен, – говорит Яннис. – Люблю легкость. Весь смысл закуски в том, чтобы разжечь аппетит, а не насытить человека. Ими нас дразнят. Кому нужно объедаться до основного блюда.
Талия Дракос стреляет в него пронзительным взглядом.
– Нужно же что-нибудь, во что можно вонзить зубы, – игриво рычит она в камеру.
Яннис вонзает вилку в ломтик халлуми с большей силой, чем требуется, металлические зубцы царапают посуду. Он подносит сыр к губам.
– Хорошо.
Хорошо? Хорошо?! Фрейе хочется кричать. Что ее учительница английского в школе говорила о слове «хороший»? Безвкусный. Пустой. Невнятный. Веганские рулеты хороши. Теплый чай хорош. Но ее лучший салат с халлуми и арбузом? Как этот судья посмел! Он передает блюдо Талии.
– Презентация немного бессистемна, – замечает она. – Мне нравится видеть симметрию и стиль. Знать, что повар потрудился.
– Однако в этом хаосе есть красота, не так ли? – говорит Яннис.
