Читаем Да, шеф! онлайн бесплатно
– Несколько лет назад у меня был небольшой роман с девушкой из Шотландии – Элисон. Она пошла со мной на свадьбу Димитрия.
– Ага, – говорит она, чувствуя, как внутренности скручиваются. Ей никогда не нравилось имя Элисон.
– Она сердилась, ведь я бросил ее на моих родных, мне пришлось помогать брату со свадьбой, потому что я был крестным отцом.
Фрейя фыркает.
– Крестным отцом?
Он хмурится, солнце танцует в его глазах.
– А что такое?
– Ты хотел сказать шафером? – смеется Фрейя.
– Шафер? – Ксантос хмурится еще больше. – Так на свадьбе был шофер.
Ладно.
– Как будет «друг жениха» по-гречески?
Он откидывается назад и смотрит на море.
– Кумбарос если это мужчина. Кумбара – если женщина. Обычно жених и невеста выбирают в друзья одного из крестных, но мы с Димитрием были некрещеные, как и его невеста. – Он пожимает плечами и берет виноградину с основания сырного трофея. – Элисон рыгнула на меня.
– Так, – медленно тянет Фрейя, гадая, это что, такой фетиш?
– Накинулась как бешеная, – продолжает он, поправляя подушки позади себя.
Фрейя хихикает.
– Я слегка потеряла мысль.
Он встает и разворачивается к ней.
– Она вернулась в Шотландию и больше никогда со мной не разговаривала. Я был дураком, думал, между нами нечто большее, чем курортный роман.
– А Елена? – Фрейя вдруг вспоминает другую женщину, которую упомянула Аггелики.
– Елена?
– Как поняла, ты ее украл. Я не очень поняла, у кого и зачем, но…
Ксантос запрокидывает голову и смеется.
– Что? – ошеломленно спрашивает Фрейя.
– «Елена» – это лодка! Не человек. Она была свадебным подарком.
– В смысле, она была лодкой? – Фрейя пытается переварить информацию.
– Я сделал лодку для Димитрия и Кассандры в качестве свадебного подарка, – говорит Ксантос.
– Погоди, погоди, ты сделал лодку? – Это же какой труд!
– Чтобы они уплыли в свой медовый месяц.
Фрейя чувствует, как ее тело обмякает. Перед ней человек, который может сам построить лодку. Создать настоящий транспорт из сырья. Тот, кто умеет молотить и варить, пилить и паять. Человек с фантазией и золотыми руками. Винодел. Любовник. Лодочник. Есть ли на свете то, чего он не умеет? Дрожь пробегает по ее спине, и Фрейя едва держится, чтобы не прижать к земле и не оседлать этого умелого мужчину. Он ошибочно принимает ее страстный взгляд за презрительный.
– Тебе не нравятся лодки? Ты хочешь сказать, что я катал тебя на лодке и они тебе не нравятся?
– Я люблю лодки. – Фрейя берет его за руку и улыбается.
– Лодку назвали в честь матери Аггелики и Кассандры, Елены, которая, к сожалению, умерла за месяц до свадьбы. Когда Кассандра ушла от Димитрия, я забрал лодку. Мой бедный брат был убит горем. Потрясен. Унижен. Ему вся деревня кости перемывала.
– Димитрию разбили сердце? Но разве не он бросил ее?
– Нет… Она ушла от него к его другу.
– Но миссис Анастасис…
– Миссис Анастасис видит то, что хочет видеть. Ее внучка бросила моего брата вскоре после свадьбы, а виноват все равно он – вечно мужчин обвиняют! Было невыносимо. Все останавливались, пялились, поэтому я забрал Димитрия на лодке, и мы поплыли на материк. Афины – красивый город.
– Я там не была, – признается Фрея, жалея, что так плохо думала о Ксантосе и его брате. Она сжимает сильную, грубую руку – руку работяги – и пытается собрать пазл воедино. Обиженная бабушка. Злая сестра. Обе твердили, что какую-то «Елену» украли, а это на самом деле гребаная лодка?
– Так почему же миссис Анастасис так обиделась? Она отзывается о вас с Димитрием так, будто вы похитили и убили ее внука.
– Димитрий рассердился. Он высказал старой миссис Анастасис, что ее внучка – шлюха. Ей до сих пор нравится думать, что, если бы Димитрий куда-то исчез, ее внучка вернулась бы. Реальность такова, что Кассандра начала новую жизнь в Армении со своим другом Алеком. Сейчас у них двое детей.
– И она точит зуб и на тебя?
– Ну да, я же забрал лодку. Ее муж рыбак, он собирался плавать на «Елене» и ловить сардин. С годами история менялась. Ксантос забрал лодку. Ксантос украл лодку. Ксантос украл лодку моего мужа. Ксантос погубил наш рыболовный бизнес. Чертовы сплетни. Вот почему я предпочитаю не жить в деревне.
Кожу Фрейи покалывает на солнце.
– А у тебя не было соблазна остаться в Афинах?
– Там хорошо подзарядиться энергией. Город занятый. Шумный. Яркий. Но я предпочитаю тишину и спокойствие острова. Свежую рыбу. Свежие фрукты. Теплое море. Виноградники. Я вернулся через две недели, а Димитрий остался там на три года. Вот почему его английский намного лучше моего. Ему приходилось все время говорить по-английски в бизнес-школе. Там он познакомился с миссис Дракос, и ему пришла в голову идея организовать конкурс «Золотая ложка».
– Ох уж эта миссис Дракос, – с новоприобретенным цинизмом поднимает бровь Фрейя и целует Ксантоса. Не столько страстно, сколько любовно. Нежно. Его губы чувственные и на вкус как море. Фрейя рассматривает руки Ксантоса, завитки татуировки мерцают на солнце.
– Интересно, – застенчиво тянет она, – а как стол трансформируется обратно в кровать?
В его глазах появляется огонек.
– Тебе интересно?
