Читаем Проснись онлайн бесплатно
У меня из горла рвется возмущенное рычание, и я не успеваю перехватить этот звук. Разозлившись еще больше, хватаю свою кружку и со стуком ставлю ее в раковину. У входной двери сажусь прямо на пол и начинаю обуваться. Шнурки на ботинках развязались, и я нервно и беспорядочно дергаю их в разные стороны.
Саня, посмеиваясь надо мной с долей некоторого, как мне кажется, превосходства, подходит и приваливается к стене, скрестив руки на груди.
Спрашивает:
– А ты чего бесишься-то? Ревнуешь?
– О да! Тебе бы хотелось!
Зеркалю его жест, тоже скрещивая руки. Смотрю за тем, как меняется его лицо и чувствую, что веду себя глупо и говорю что-то не то. Но все равно упрямо поджимаю губы и вздергиваю подбородок.
Он говорит:
– Мне не хотелось бы. Я просто пытаюсь понять, почему ты сама целуешься с Максом, но психуешь из-за того, что я общаюсь с новенькой или что мне пишет Катя.
– Господи, еще и новенькую вспомнил…Нахрен ты вообще меня в пятницу позвал, если твоя Катя разлюбезная уже со снятыми трусами эту вписку ждет?!
– Блин, Ксюх, это реально перебор.
– Телки твои – это перебор! – я вскакиваю на ноги и пытаюсь унять собственное дыхание.
– А твои парни – нет?
Я вижу, как на его лице показываются желваки, а на лбу уже выступает вена. Явный признак того, что Саня злится и держится из последних сил. И мне самой бы сдержаться, но я вся расшатана, меня эмоциями изнутри бомбит, я к ним не привыкла, я их испытывать не хочу.
– Дай мне куртку! – выкрикиваю почти истерично.
– Не ори.
– Дай. Мне. Куртку, – цежу через зубы.
Грудь Сани тяжело поднимается и опадает в такт его дыханию, крылья носа дергаются. Я знаю, что он вспыльчивый. Знаю, что у него все через кулаки. Он всегда сначала бил, потом разговаривал, так его отец научил. Но только не в мою сторону. И этому, как ни странно, тоже его научил отец. И мне становится очень стыдно за то, что я как будто этим знанием пользуюсь.
Ужасающе медленно Чига делает шаг, открывает шкаф, снимает мою куртку с вешалки. Протягивает ее мне и произносит очень спокойно:
– Ксюш, ты если боишься, что какая-то девушка станет для меня важнее, то пока я такого варианта не вижу.
– В смысле?
Он разводит руками и оглядывается:
– Ну ты посмотри вокруг. Подумай. В моей квартире твоих вещей столько же, сколько моих собственных. Пижамы только три комплекта лежит, а ты каждый раз в новой приходишь. Ты в куртке сейчас стоишь, ты помнишь, что мы с тобой, блин, две одинаковые? Пилили на другой конец города летом, чтобы купить две зимних парки, потому что у двух оборвышей нет денег, но есть претензия на чувство стиля.
Я отвожу глаза и прячу пальцы в рукава парки. Это правда. Мы хотели взять хотя бы два разных цвета, но там не было. Шутили всю дорогу домой, что это наш фэмили лук.
Неловко пожимаю плечами. Почему-то хочется плакать.
Говорю тихо:
– Извини.
– Я могу сказать Кате, чтобы она не приходила. И это, кстати, не я ее звал.
– Нет, это глупо. Все в порядке.
– Точно?
Я киваю. Сначала один раз, потом еще два, для верности.
Подтверждаю:
– Точно. Но она меня бесит.
– Тебя все бесят.
– Ты – нет.
Саня хмыкает:
– Ну я сейчас просто сикну в штаны от счастья!
Я сжимаю губы, стараясь скрыть улыбку.
Говорю примирительно:
– Одевайся давай. И потеплее. Видишь, я сегодня в джинсах и в теплой куртке.
Саня уходит в комнату за вещами и оттуда кричит мне:
– И в моем белом худи, да, я прекрасно вижу! И если это намек на то, чтобы я надел такую же куртку…
Я снова сажусь на пол, подгребая к себе рюкзак. Зажимаю в пальцах замочек молнии и надавливаю на палец так, чтобы остался след.
Почти шепчу себе под нос:
– Да, очень хочется, чтобы твои подружки это увидели…
– Что?
Чига кидает свой рюкзак рядом с моим и достает свою парку из шкафа.
Я говорю:
– Ничего. Так, значит, Катя придет?
– Да, и Лиза тоже. Смольников зовет всех, как будто ты не знаешь.
– А Максим? – спрашиваю зачем-то с вызовом.
Чига глубоко вдыхает и смотрит в сторону.
Потом улыбается:
– Тебе виднее. Ты же с ним целовалась.
.. / – .-.-…– .. –. /..– .-. – /… – … /..– … -.-.. -.-. – – ..-… -.-
Когда заходим в школу, первое, что я слышу, это голос Назарова:
– Войнова!
Он стоит, как всегда, со своими друзьями, жестом показывает мне, чтобы я остановилась. Я мешкаю. Замираю посреди холла, оглядываюсь на Чигу. Друг смотрит на меня хмуро, сжав зубы. Когда я оборачиваюсь обратно, Макс уже подходит, уверенно кладет руку мне на поясницу и притягивает к себе. Когда он тянется к моим губам, еле успеваю увернуться, и поцелуй приходится только в их уголок. Я упираюсь ладонями ему в грудь, говорю:
– Обалдел?
– А что такое? – спрашивает, кажется, искренне не понимая, в чем дело.
Я и сама не до конца понимаю. Но почти уверена, что целоваться с ним сейчас не хочу.
– Ксю! – окликает меня Саня.
Чувствую себя глупой мухой, которая угодила в паутину. Пытаюсь трепыхаться, но Макс держит крепко. Смотрит на меня светло-серыми глазами, повторяет:
– Что не так?
– Отпусти, Макс.
– Ты передумала?
– Да мы ни о чем не договаривались.
Сначала лицо его становится жестким, и я даже через Санину толстовку чувствую, как его пальцы сильнее впиваются в мою талию.
Он говорит:
