Читаем Проснись онлайн бесплатно

Я вздыхаю. Конечно, знал, что просто не будет, но, наверное, все же надеялся. Аккуратно забираю у нее миску из рук и ставлю на столешницу. Тяну к себе за хрупкое запястье, крепко обнимаю и успокаивающе глажу по спине. Жду, когда Ксю расслабится и обнимет меня в ответ.

Говорю ей в макушку:

– И мы – все еще мы.

– Я ужасная. Ночью я чуть не сбежала, знаешь?

Усмехаюсь. Значит, я и правда мог проснуться один в квартире.

– Мне было бы больно, – отвечаю спокойно.

– Я знаю. Поэтому осталась.

Стараясь скрыть разочарование, уточняю якобы весело:

– Только поэтому?

Войнова расцепляет руки, отстраняется, чтобы посмотреть мне в глаза. Реснички мокрые, но она не плачет. Протягивает руку, чтобы легко коснуться моей щеки.

У меня аж мышцы спазмом скручивает, насколько я хочу ее поцеловать. Но слишком хорошо понимаю, что сейчас уже не стоит.

Ксю улыбается, говорит:

– Нет. Не только. Но мне очень страшно. Садись, пожалуйста, я все-таки сделаю омлет.

Кивнув, разворачиваюсь к столу, а потом бормочу:

– Умоюсь.

Не хочу смотреть, как она нервничает и дергается в моем присутствии. Заперевшись, включаю воду в раковине, а сам присаживаюсь на бортик ванны. Локтями упираюсь в колени и прячу лицо в ладони, едва сдерживая стон отчаяния. Чувствую, как будто устал. Прямо физически, а не только патетично морально.

Вовчик нам еще тренировку сегодня поставил дополнительную. Радует одно, после вписки у Смольникова все парни будут еле живые, и никто не поймет, что меня терзает не похмелье, а тупая неразделенная любовь. Теперь я почти жалею о том, что во всем признался.

Только спустя время заставляю себя подняться и умыться. Когда выхожу, Булка кричит мне:

– Все готово, иди есть!

– Сейчас, – отвечаю и иду в свою комнату.

Там надеваю спортивки и лонгслив. И так разделся до самого сердца, теперь хочется хотя бы тело прикрыть.

Обеими ладонями зачесываю волосы назад и глубоко вздыхаю. Если она снова захочет дружить, как будто ничего не было, я ничего не смогу сделать. Никого нельзя заставить любить. Даже если сильно хочется.

Когда возвращаюсь на кухню, Войнова ждет меня за столом, не ест. Смотрит пытливо. Хорошо меня знает, перемена в настроении, скорее всего, ей заметна.

Через силу улыбнувшись, принимаюсь за еду. Кажется, в ход пошли все неприкаянные остатки еды из холодильника, но получилось действительно вкусно. О чем искренне ей сообщаю, когда тарелка оказывается пуста.

– Спасибо, Булка, очень вкусно. Ты лучший шеф-повар этой пятиэтажки.

– На здоровье, – она двигает ко мне баночку яблочного пюре, – вот еще десерт, с балкона достала.

– Обожаю.

Крышечка открывается с щелчком, и Ксюха говорит:

– Такой у этих пюрешек характерный «чпок», конечно.

– Характерный чпок это другое, Ксю. Вырастешь – покажу.

Она смеется. Перегибаясь через стол, взъерошивает мне волосы и ласково говорит:

– Вижу, как из этого угрюмого парня выглянул мой старый добрый Чига.

– Твой старый добрый клоун.

– Не злись, пожалуйста, Сань.

Поднимаю ладони вверх:

– Я в порядке.

– У тебя сегодня тренировка?

– Да. Ты придешь?

Она отводит глаза, качает головой:

– Не уверена.

– Хорошо.

Хотя ни хрена это не хорошо, конечно. Что мне делать-то теперь?

Войнова поднимается, начинает собирать посуду, но я останавливаю ее руку. Сам беру тарелки, говорю:

– Я помою.

– Тогда оденусь тоже… Домой пойду.

Стоя у раковины, я не поворачиваюсь и не отвечаю. Не знаю, может я скотина и не могу оценить ее офигенно добрый жест, когда она все-таки осталась тут, а не ушла посреди ночи, но…

– Ладно? – спрашивает она.

– Конечно.

Старательно намыливаю тарелку, споласкиваю, ставлю в шкаф. Потом другую. Потом приборы. А потом хочется сунуть под холодную воду собственную тупую голову.

Заканчиваю и выхожу в коридор одновременно с Булкой. Смотрю, как она одевается. Интересно, может такое быть, что она сейчас уйдет навсегда? Конечно, продолжит жить неподалеку и учиться со мной в одном классе, но на этом все.

Ксюха застегивает молнию на парке до самого горла и замирает напротив меня. Чувствует себя виноватой?

– Ну, пока? – спрашивает.

– Тебе понравилось? – спрашиваю неожиданно даже для самого себя.

– Что?

Поправляет шапку, щупает металлические кольца в ней, убирает руки в карманы. Несколько раз часто моргает, глядя в сторону, потом все-таки смотрит на меня. Знает, о чем я. Но, видимо, надеется, что соскочу.

– Поцелуи, – отвечаю твердо.

В ее голубых глазах снова мелькает страх. Вижу, как сглатывает. А потом делает шаг ко мне, поднимается на цыпочки и очень нежно касается моих губ своими. Прижимается слегка. Меня подрывает мгновенно. Хочется схватить ее, прижать к себе. Обещал же, что не отпущу! Почему теперь нарушаю?

Ксюша опускается на полную стопу, помедлив, отходит.

Говорит:

– Саш, пожалуйста, если можешь, дай мне немного времени.

Потом сама отпирает дверь и уходит, оставляя меня в полной растерянности.

Так и торчу в коридоре, кажется, целую вечность. Ни о чем не думаю, только стараюсь запомнить вкус ее губ. Потому что, мне кажется, может такое случиться, что больше я их не попробую.