Читаем Проснись онлайн бесплатно
Я неловко замираю посреди комнаты. Тупо смотрю в стену и по-разному кручу в голове эту идею. Потом, выдохнув, нахожу рюкзак и обшариваю его в поисках сигарет. Каждый карман приходится проверять по два раза, и я нервно дергаю молнии в разные стороны. Наконец вспоминаю, что убирал пачку в карман джинсов последний раз. Достаю и, открыв окно, прикуриваю. Высовываюсь наружу и выпускаю дым в сумеречное небо, зябко передергивая плечами. Упираюсь локтями в подоконник и снова вдыхаю никотин.
Конечно, я не уверен в своих предположениях, да и с чего бы? Просто чувствую, что прав. Мама всю жизнь старалась помочь мне справиться с кошмарами: заваривала успокаивающий чай, настаивала, что нужно проветривать комнату и спать в полной темноте. Миллион бесполезных ухищрений, которые никогда не помогали. Но я чую: она знает.
Особо не заботясь о сигаретном дыме, я подхожу к дивану, беру телефон и не спеша возвращаюсь к окну. Снова высовываюсь на улицу. Холодно, но приятно бодрит.
Прижав телефон ребром ко лбу, еще какое-то время думаю. А потом открываю мессенджер.
Я обтираю окурок о внешнюю сторону стены дома и кладу его в импровизированную пепельницу из обрезанной пластиковой бутылки. Стараюсь удержать эмоции под контролем, но последние пара недель выдались не сильно удачными. Я изо всех сил держусь, нащупывая внутреннее спокойствие, но чувствую, что край где-то близко.
Вообще-то терпение – это не моя добродетель. Мама на ковре у директора протерла самую большую плешь из-за моих драк.
Глубоко вздыхаю и иду умываться. Если бы Ксю не предложила встретиться, где обычно, я бы уже подбивал Пашка прогулять школу и зайти в тот магазин, где у нас налажена дружба с кассирами.
Мама спит, у нее наконец-то нормальный выходной, так что я двигаюсь максимально тихо. На завтрак делаю бутерброд, который ем на ходу. Надеваю широкие черные джинсы, футболку и пуловер. Зажав бутер зубами, перед зеркалом в коридоре убираю волосы назад. Кажется, мне и правда пора подстричься. Безо всяких на то оснований, если вы понимаете, о чем я.
Накидывая парку, я замираю на пороге. Смотрю в темноту маминой спальни через арку. Если она молчит, значит на то есть причина. Скорее всего, хочет меня защитить. Но это совсем не значит, что решение верное, потому что взрослые тоже ошибаются.
Сбегаю по лестнице и, выйдя на улицу, останавливаюсь. Закидываю в рот остаток бутерброда и тянусь в разные стороны. Мышцы стонут после того, как я вчера таскал новые тренажеры в своем зале. Миша, хозяин, хорошо заплатил, но поясница адски ноет. Может, если приложить к ней деньги, она успокоится?
Сжимаю в кармане пачку сигарет, пока огибаю дом. Курить хочется не физиологически, скорее психологически.
Маме не нравятся сигареты, Ксюше не нравятся сигареты, единственный, кому они нравятся – это я. Тогда из чувства противоречия я достаю одну и прикуриваю. Замедляю шаг и делаю пару затяжек на углу, там, где меня еще не видно. Там, где я еще принадлежу себе. Потом медленно выхожу из-за угла и нахожу взглядом Ксюху. Сидит на лавочке, смотрит на замерзший пруд.
Я выкидываю сигарету в мусорку, подхожу к Войновой.
Говорю:
– Привет. Одна здесь?
Она поворачивает голову и улыбается:
– Нет. Я замужем.
– А где кольцо?
– А вот оно, – отвечает Ксю и демонстрирует мне то кольцо, которое я ей дарил.
Замечаю со смешком:
– Булка, шутки твои на грани.
Наклоняюсь к Ксюше, касаюсь ее щеки губами и чувствую ответное действие. Дежурное, вероятно, чисто дружеское. Но все равно ловлю лютый приход.
Пока мою голову от невинного поцелуя ведет сильнее, чем от никотина, Ксюша говорит:
– Молодой человек, не понимаю, о чем вы. Мой парень будет против. Он вот-вот подойдет. Он живет вон в том доме, – и она указывает на торец моей пятиэтажки.
– Ты, Войнова, доигралась! – рычу радостно и хватаю ее за талию, взваливая на плечо.
Она брыкается, пищит и стучит меня кулаками по спине. А я бегу по вытоптанной дорожке между сугробами, ошалело улыбаясь. Войнова пошутила, конечно, но все равно ведь сказала, что я ее парень. Разве это не самый сладкий обман?
Добегаю до конца пруда и только тогда ставлю Ксю на землю. Уворачиваюсь от снежка, который она заряжает мне в голову, и смеюсь.
Выставляю вперед ладони и подхожу ближе.
Говорю:
– Тихо, тихо! Осторожно положи варежки на землю и пни их ко мне.
Войнова снимает рукавицы и демонстрирует их мне. Но, когда я делаю очередной шаг и обнимаю Булку за талию, шлепает меня мокрой варежкой по лицу.
Не позволяя ей отстраниться, наклоняюсь и прислоняюсь своей щекой к ее, обтирая талый снег.
Ксюша тихо смеется мне на ухо. Звук кажется мне интимным и очень важным. От него тепло разливается по всему телу.
Чувствую, что губы снова расползаются в улыбке, и раскрываю руки. Ксю чувствует, что я больше ее не держу, но не спешит убегать. Целует меня в скулу и медленно отходит. Смотрит мне в глаза неотрывно. Ее, голубые, на фоне снега кажутся еще более пронзительного цвета. А после протягивает мне ладонь.
