Читаем Проснись онлайн бесплатно
Тогда Макс подается еще чуть ближе и целует меня. Я отвечаю. Чувствую соль, чувствую незнакомый чужой вкус, чувствую странный душевный резонанс от физической близости с незнакомым человеком. Не думаю, что мне все это нравится. И, когда он отстраняется, я испытываю только облегчение и даже некоторую благодарность за то, что все так быстро кончилось.
Откидываюсь на спинку кресла и стеклянным взглядом возвращаюсь к мультфильму.
Ощущаю стыд, вместе с тем странное спокойствие. И смирение вперемешку с мстительным удовлетворением. Будто получила именно то, что заслужила.
Глава 6
Смотрю на бабушку, которая идет мимо моей лавки со своей собачкой. Двигаются так медленно, что мне кажется, им на двоих лет сто пятьдесят. Перевожу взгляд на оранжевый огонек сигареты. Жду, когда старушка отойдет хотя бы на пару метров и только тогда затягиваюсь.
Выпускаю дым в небо, поправляю капюшон толстовки на голове. Шмыгнув носом, всматриваюсь в дом напротив, который через пруд. В некоторых окнах горит свет, а где-то только слабый отблеск от экрана телевизора. Люблю чужие окна, мне почему-то всегда кажется, что там люди живут как-то тепло и уютно, спокойно. Чай пьют, смотрят фильмы. Может, спать уже собираются.
Задеревеневшими от холода пальцами я выкидываю докуренную сигарету в мусорку. Поворачиваю голову в сторону Ксюшиного дома как раз в тот момент, когда она подходит к своему подъезду. Одна. Останавливается, смотрит в мою сторону.
Подойдет?
Я нащупываю в кармане пачку сигарет, но не вытаскиваю. Хотя очень хочется чем-то занять руки. Пока достаточно никотина.
Войнова наконец отмирает и, видимо, приняв решение, идет в мою сторону. Смотрю на острые коленки в капроновых колготках. Дурочка, холодно же.
В груди зарождается странная дрожь. То ли от холода, то ли от нервов. Сигареты еще эти на пустой желудок.
Ксюша подходит и присаживается на край лавочки. Тихо говорит:
– Привет.
– Тебя Макс не проводил?
– Мы после кино разошлись.
– Где была тогда?
– Съездила на платный опрос, потом по торговому центру шаталась. На фудкорте там сидела.
Я беру свой рюкзак, вытаскиваю оттуда учебник, потом жестом показываю Ксю, чтобы она встала. Кладу книгу на скамейку и говорю:
– Садись. А то застудишься.
– Спасибо.
– Как мультик? – спрашиваю отрешенно.
Но против воли поворачиваюсь и впиваюсь взглядом в ее мимику. Лицо ничего не выражает. Ксю приподнимает плечи:
– Нормально.
– Информативно, – хмыкаю я.
– Ты что, пил?
По правде говоря, на этом холоде я давно уже протрезвел. Но обоняние у Ксюши действительно чуткое. Как ищейка, она всегда палит запах запрещенки. Вот и сейчас она чуть подается ко мне и ведет носиком из стороны в сторону.
– Можешь не напрягаться, пил.
– Сань.
– Нет, – взмахиваю ладонью, резко выдернув ее из кармана, – не надо мне нотации читать. Мы, как ты недавно справедливо заметила, не женаты.
– Ладно.
Она замолкает и смотрит на пруд, покрытый тонкой коркой льда. Я снова прячу руку в тепло.
– С кем хоть тусил? – спрашивает Войнова через какое-то время.
– Со Смольниковым. У него в пятницу вписка, пойдешь?
Она пожимает плечами:
– Давай сходим. А как… как ты сходил к новенькой?
– Нормально.
– Информативно, – передразнивает она мой тон.
– Я зашел на час. Пирог вкусный, у нее много братьев, дома были двое младших, смешные ребята. Достаточно подробностей?
Ксю кивает и съеживается, глядя в сторону. Замерзла, наверное.
Вообще-то я свалил от Лизы уже через сорок минут и едва смог протолкнуть через горло сливовый пирог. Наверное, было вкусно, но я не заметил.
Расстегиваю молнию и распахиваю куртку, кивком приглашая. Ксю двигается ко мне, прижимается спиной к моей груди, и я обнимаю ее, одновременно укрывая. Сердце будто с цепи срывается и начинает тарабанить по ребрам так, что на секунду мне кажется, что Войнова сейчас все поймет.
– Чига, – говорит она неуверенно.
Я задерживаю дыхание. Всего четыре буквы, но я сразу понимаю, что они потянут за собой такое продолжение, которое мне будет тяжело перенести.
– Да?
– Я хотела рассказать, что Макс меня поцеловал.
По ощущениям, меня словно грузовик сбивает. Сердце в ошметки, и ни одной целой кости не остается. Все порвано и раскидано в беспорядке по телу. Я вдыхаю. Выдыхаю. Легкие работают, и грудная клетка раздувается, значит, я цел. Но совершенно точно убит.
Ненавижу. Я долбанного Назара ненавижу. Я ее годами любил. Заботился, защищал, я всегда был рядом. А он просто отвел девушку в кино и поцеловал? Серьезно? Вот так надо было сделать?
– То есть, – начинаю хрипло и откашливаюсь, – то есть вы теперь вместе?
– Не знаю. Ты был бы против?
Я качаю головой, задевая подбородком шапку Ксю.
Говорю через силу:
– Нет. Если он правда тебе нравится. Но я думаю, что он говнюк и тебе не подходит. Сорян, Булка.
– Я еще не разобралась.
