Читаем Проснись онлайн бесплатно

– Войнова! – слышу крик Вовчика. – А ну дуй с паркета! Команды, построились!

– С паркета, – передразниваю молодого тренера и убегаю, пока он не взбесился еще больше.

Знаю, что сам он играет полупрофессионально и, видимо, старается обучить ребят не только правильной технике, но и культуре баскетбола и определениям.

Это вызывает уважение, но иногда звучит смешно, например, когда Вовчик называет паркетом наше протертое резиновое покрытие.

Запыхавшись, я приземляюсь на лавочку рядом с Лизой.

Она тянет:

– Ну, если ты хотела скрыть ваши отношения, то спойлер: у вас ничего не вышло.

Прижимаю ладони к щекам и смотрю на свои кеды.

Бормочу:

– Как-то случайно вышло.

– Не переживай, – Вишнякова обнимает меня за плечи, – было красиво. Как будто сцену из классической мелодрамы посмотрела.

И она показательно утирает несуществующую слезу.

Я смеюсь:

– Стерва ты, новенькая.

– Да ладно тебе. – Она подается ко мне и чмокает в щеку. – Правда было офигенно. Вы крутые.

С горящим лицом я смотрю за тем, как обе команды пожимают друг другу руки. В груди все вибрирует от предвкушения и желания скорее снова обнять Сашу. Слишком долго я им любовалась без возможности прикоснуться.

Честно говоря, не хочу даже думать о том, насколько долго он чувствовал то же самое: право только смотреть. Как он выдержал?

И, едва дождавшись окончания дурацкой спортивной церемонии, я снова подрываюсь с места.

Все мое тело страдает вдалеке от любимого человека. С разбега влетаю Чигареву в грудь и с наслаждением прижимаюсь к рельефу его мышц под мокрой майкой. Идеально.

Он поддевает мой подбородок пальцем, заставляя поднять голову. Коротко целует меня в губы и интересуется:

– Ксю? Могу помыться? Или тебе так больше нравится?

– Только быстро, ладно?

Он щелкает меня по носу и, показав жестом, что сейчас вернется, идет к капитану противоположной команды. Они снова жмут друг другу руки, обмениваются парой хмурых фраз, а потом Чига вдруг широко ему улыбается. Парень, будто не сдержавшись, приподнимает уголки губ. От него это выглядит милостью.

Я нервно сцепляю пальцы рук в ожидании того, когда Саша вернется, и оглядываю спортивный зал.

А, мазанув взглядом по Катюше, которая сидит на лавочке и сверлит меня глазами, я понимаю, что слишком легкомысленно скидываю ее со счетов.

Глава 20

Подходя к своему подъезду, улыбаюсь, как идиот. Чувствую себя таким счастливым, каким никогда еще не был. Быстро облизываю губы и тут же раздраженно тру их ладонью. Ксюша намазала меня каким-то бальзамом, потому что якобы от поцелуев на морозе кожа обветрится. Я послушно стерпел экзекуцию, хотя гораздо сильнее хотел бы унести с собой вкус любимой девушки, а не какую-то скользкую вишневую дрянь.

Напоровшись взглядом на черную иномарку с заведенным мотором, машинально сбавляю шаг. Засунув руки в карманы, плетусь мимо, изучая водителя. Лица не вижу, только черные джинсы, свитер, крепкие ладони на руле и дорогие часы на запястье. Перевожу взгляд и замечаю в мусорке у подъезда букет цветов, который кто-то запихнул туда бутонами вниз. У лавочки я окончательно замедляюсь, залезаю на спинку, рюкзак скидываю под ноги.

Пригнув голову, еще раз заглядываю в салон тачки. Парень смотрит на меня. Хмыкаю.

Достаю из кармана пачку сигарет, открываю большим пальцем, пересчитываю. Достаю одну, прикуриваю и глубоко затягиваюсь, прихватив заодно декабрьский холодный воздух.

Какое-то время этот тип смотрит, как я курю. Потом выходит из машины, берет с заднего сидения короткий стильный пуховик и накидывает на себя. Ну здравствуй, дятел.

Он подходит ко мне и спрашивает:

– Сигаретой не угостишь?

– А че, своих нет? – Хамство в голосе даже не стараюсь прикрыть.

– Я бросил.

– Хреново бросил, выходит.

Он приподнимает один уголок губ, изучая меня внимательным взглядом.

Потом кивает:

– Выходит. Так что?

Я протягиваю ему пачку и зажигалку. Дожидаюсь, когда парень присядет рядом со мной на спинку скамейки.

Своей сигаретой указываю ему на ботинки:

– Тут люди сидят вообще-то.

– Да в целом насрать на них.

– Тебя бабки изо всех окон сейчас проклянут, не страшно? – интересуюсь со смешком.

– Но ты же еще жив.

Мы молчим. Я меняю руки, чтобы греть их в карманах по очереди. Искоса иногда смотрю на парня. У него приятная внешность, стильная стрижка, и от него за версту несет дорогим парфюмом. Наверное, мамин ровесник, а может быть, даже помладше.

Я киваю на букет в урне:

– Чем обидел?

– Пытался узнать, почему она от меня закрывается. – Пожимает плечами.

– То есть ты типа не виноват?

Он смеется:

– Виноват, конечно. Вот тебе инсайд: в споре с женщиной ты всегда не прав.

Я соскакиваю с лавки, обтираю огонек сигареты об мусорку и закидываю окурок между длинных стеблей. Вытянув шею, заглядываю внутрь. Кремовые розы, штук двадцать, еле поместились, бедолаги.

Делая пометку в голове, что нужно подарить Булке цветы, я иду к подъезду, прислоняю к домофону ключ и говорю через плечо:

– Я скажу, что ты еще здесь.

– Спасибо.

Поднимаюсь по лестнице на третий этаж, захожу в квартиру, начинаю раздеваться.

– Привет, дорогой, – мама выходит с кухни, кутаясь в домашнюю кофту.

– Привет.