— Нельзя соединять игру с учением. Несоединимые это вещи.
А я стал играть с детьми. И тогда-то и зародились первые конфликты у меня с педагогами, да и с самим Парфеновым.
7Это потом я стал заниматься теорией.
Это потом я узнал об игровом космосе Платона, эстетическом состоянии игры у Канта, концепции игры Шиллера, утверждавшего, что человек, собственно, только тогда является человеком, когда играет. И позицию культуролога Йохана Хейзинги, противопоставившего гомо сапиенсу гомо луденса (играющий человек). И противоречивость игры, обнаруженная Германом Гессе в его «Игре в бисер», где стерилизованная культура способна убить в человеке человека, убить средствами эстетических начал в игре, средствами «всестороннего развития». Эта же мысль у Хейзинги, выступившего против «рекрутизации» человека в какую-либо тотальную коллективность и в своем «гомо луденс» рассмотревшего возможные игровые соотношения: игра и миф, игра и серьезность, игра и наука, игра и правосудие, игра и поэзия.
Это потом я читал Плеханова, увидевшего связь между игрой и трудом, в культурно-исторической эволюции человека, и Маркса, рассматривавшего игру физических и интеллектуальных сил как высшую меру духовной развитости, как способ преодоления отчуждения и различных форм дегуманизации.
Сейчас мы повсюду, в искусстве, педагогике и в культуре, видим связь между игрой и творчеством, игрой и формированием человека. Игра становится способом преодоления стандарта, формализма.
Я оглядываюсь назад. Всматриваюсь в события тридцатилетней давности.
Школа 50-х годов была не то чтобы более строгой, она была более скованной, более авторитарной. И подготовка ребят сейчас к жизни, труду, непрерывному образованию более высокая, чем в те годы. За тридцать лет в значительной мере усложнились формы внутришкольных отношений, видоизменилось и содержание образования, методы воспитания и обучения. Помню такие явления: в школе запрещалось проводить соревнование, развивать ученическое самоуправление, а такие средства, как игра и индивидуальная работа, просто находились в загоне, принижалась роль труда, физического и эстетического воспитания, недостаточно уделялось внимания воспитанию инициативы и самостоятельности детей.
Процесс демократизации внутришкольных отношений сложен и многогранен, ибо связан с творчеством учителя, детских организаций, всего педагогического коллектива. В известных директивных документах специально подчеркивается необходимость изжить формализм в оценке результатов труда учителей и учащихся, на деле укрепить связь школы с жизнью.
