Читаем Собака Вера онлайн бесплатно
В Троицком театре решили устроить диспуты о современной живописи и поэзии. Я очень хотела поехать, и Петя уступил мне. Собрали меня и все-таки отправились в Петербург. Прекрасный вечер, столько живых лиц, горящих глаз, заинтересованных, мятущихся, яростных, готовых отстаивать каждую строфу, каждое предложение, каждое слово, каждый мазок кисти. Как жаль, что состояние мое было такое не пригодное ни к чему. Мучила слабость, к вечеру начался жар.
Коля Бурлюк должен был прочитать мой «Ветрогон, сумасброд, летатель», но отчего-то, скорее всего по забывчивости, не сделал этого. Расстроилась, но никому не сказала, зачем мучить зря людей, и так уставших за меня переживать.
Когда я была еще здорова и мы приезжали на лето на дачу, каждый день у нас бывали гости. Я очень любила их, но часто по вечерам мне до безумия хотелось покинуть людей и сбежать в лес. Так я и делала. В лесу было тихо, только скрипели под ногами ветки да вдалеке угукала птица. Все лесное очень требовательно: не трожь, не тревожь, хорошо, трогай, но аккуратно. Чешуйчатая сережка березы. Гладкий лист осины – ладонь проезжает по нему быстро-быстро, холод от листа две секунды живет на кончике пальца. Круглый пенек с кривыми корнями-ножками: кто срубил тебя, дерево, кто так варварски поступил?
И рисуется, и пишется теперь с большим трудом. Но вчера все-таки написалась маленькая молитва, такая прозрачная, тонкая и сонная. Для меня, для Пети, для тех, кто будет потом.
«Я хочу вернуться к воздуху, я хочу вернуться к дождю, я хочу вернуться к солнцу. Моя душа с каждым живым, что есть на земле, от осоки на озере до слона, лежащего в жаркой саванной воде. Мое тело исчезнет, а душа останется здесь, в этой коре, в этих ветках, в этом ускользающем вечере. Ранним утром отойду ко сну и, перед тем как в последний раз закрою глаза, увижу собаку, бегущую по небу к тающему месяцу».
Вчера среди ночи проснулась от сжимающего всю меня предчувствия ужаса. И внезапно страшно стало не за себя, не за свое будущее, которого, как я уже поняла, не будет, что я смиренно приняла. Страшно было за этот век, который нам предстоит. Вам предстоит. Петя старше меня на двадцать лет, но я знаю, чувствую, что он проживет еще много. Увидит много. Поймет многое. Научит многих. Знаю, что век предстоящий будет светлым и ясным – люди вернутся в природу, а природа вернется к людям.
Я вижу кусочек газеты, лежащей на столе. Отрывки фраз словно гремят, шумят, торжествуют.
«развернулось крупное железнодорожное строительство – построено несколько мощных машиностроительных – сталелитейные предприятия – военные предприятия – Путиловский, Обуховский, Коломенский, Сормовский заводы – беспрецедентный подъем промышленности – машиностроение – электротехническая, химическая промышленность – военные заказы – рост наукоемких отраслей – электротехническая промышленность – химическая промышленность – мощная промышленность – мощные машины – большое будущее»
Большое будущее.
Я закрываю глаза, и шум слов умолкает.
