Читаем Собака Вера онлайн бесплатно
Когда я наконец вернулся в класс, прошло полгода. Первое время я сильно хромал. Коля Рубаков уже дружил с другим мальчиком, оказалось, что в этом возрасте дружба долго не держится. Ну или дело не в возрасте, а просто Коля был хреновый друг. Сложно сказать, в какой момент началось это отстранение одноклассников от меня и меня от них. Я вроде вернулся в тот же класс, вроде там были те же ребята. Но за это время у них создался какой-то свой мир, в который я не смог попасть. Не мог бегать со всеми на переменках, играть в стеночки, поддавки и в футбол. Своей хромотой я как-то всем стал мешать. Словно у меня резьба какая-то другая. И Коля на меня забил. Ну и главное, что хотел я дальше с ним мастерить наш макет Земли, который никак не мог найти. Долго его спрашивал и не мог добиться ответа. Он говорил, что не знает, отмахивался. В общем, потерял к нашему совместному, как сейчас сказали бы, «проекту» всякий интерес.
Иногда приходится перетягивать зонтики новой тканью, иногда – прикручивать новую ручку, иногда ремонтировать автоматический механизм-кнопку. И уже вылеченный зонтик я отношу в шкаф, в котором у меня все зонтики хранятся.
А потом как-то я вышел на перемену и увидел, как тем самым макетом мальчишки играют в футбол. Лупят со всей дури, он отлетает высоко, задевая плафон люстры на потолке. И Коля вместе с ними в этот футбол рубится, хохочет. На очередном ударе модель развалилась на две части, в разные стороны разлетелись бумага, картонные утесы и горы, деревца маленькие из проволоки и ваты, крохотные животные из пластилина. Я развернулся и ушел оттуда. А дома достал энциклопедию по биологии, выдрал из нее все листы, по одному. И выкинул в мусорное ведро. Нашло что-то на меня.
Хромать я, кстати, потом перестал.
Только вернулся от Марка Витальевича. Устал как собака. Хм, написал, и самому смешно. Ладно. Не буду об этом, слова развеиваются, а буквы остаются на бумаге, рукописи не горят, вот это все.
На чем я вчера остановился? А, макет Земли. Ну-ну. Такая вот мелодраматичная историйка. Я и сам теперь вспоминаю скорее с усмешкой. А что людям особо доверять не стоит – это да. Собаки в этом смысле надежнее. Но собак нет. Ладно.
Короче, просто анализирую для себя. Чтобы понять, откуда что. Похоже, вот тогда во мне это и поселилось. В те годы. Родители со своими закидонами, школа эта идиотская. Внутри у меня прижилось что-то вроде комка недоверия, который со временем разросся, и я его чувствую каждый день. Я даже название ему дал – скребун. И вот скребун мне с детства шуршит, нашептывает, ковыряет: никому нельзя верить. Ничто нельзя любить, и ни к чему нельзя привыкать. И планету эту нашу тоже любить нельзя, вместе со всей ее живностью, горами, лесами, озерами и морями идиотскими. Но тут я ему, конечно, долго не верил, планету все же снова полюбил, поэтому и волонтерил много, хотел помогать природе.
А потом все вот так накрылось.
Скребун восторжествовал. «Я же говорил, я же говорил» – так корябал внутри. Я и не пытался с ним спорить больше.
Нет, ну конечно, одно время я сидел на форумах, потом в группах всяких, переписывался с разными девушками. С кем-то встречался. Четыре раза было что-то похожее на отношения. Три раза я из этих отношений сбегал. Один раз сбегали от меня. По сути, все было похоже: сначала мне даже нравилось, а потом – как бы так объяснить, чтобы еще и самому понять. В общем, я всегда видел маленькое предательство, и это все переворачивало с ног на голову. Я сразу понимал, что в этом всем нет смысла. Одна не поддержала меня в споре с ее же подругой. Другая зачем-то все время заглядывала ненароком в мой телефон. Еще одна не смеялась над моими шутками. Ладно, ладно, последнее – это не предательство. У нее просто не было чувства юмора. Встречаться с человеком без чувства юмора очень тяжело.
Пару раз я приходил на свидания, но не дожидался и уходил. Скребун внутри меня ворчал и царапался – уходи, дурак, ничего у вас не получится. Я и уходил.
И только сломанные зонтики скребун одобрял.
Одну, ту, которая сбежала сама, недавно видел в автобусе. Мне тогда очень нравилась ее крохотная сережка на носу справа – маленький прозрачный камушек. Если на него под нужным углом падал свет, он мог стрельнуть ярким огоньком прямо в глаз. Нос у нее был вздернутый, маленький, очень аккуратный, а волосы русые, прямые, длинные, подстриженные словно по линейке. Я стоял недалеко, но она меня не видела, поэтому рассмотрел ее украдкой. Все так и сохранилось. Маленький нос, прямые волосы, линейка. Камушек в носу. Только он уже не стрелял светом никуда. Теперь это была маленькая черная точка. И все.
Неудачная попытка номер… Сколько? Я сбился со счета.
