Читаем Собака Вера онлайн бесплатно
Потому и отправился я за тонким лори к Елисеичу. Тот говорит – очень это редкий вид, больших денег стоит. Есть у меня деньги, должно хватить, говорю. Пообещал Елисеич достать. Через три недели позвонил мне, говорит: у меня твоя зверюшка, забирай. Пришел я, деньги отдал, тот вынес клеточку небольшую, а там зверек сидит маленький, глаза во всю мордочку коричневые да ушки друг к другу приставленные голые. А лапки тонкие и пальчики как человеческие. Долго я его разглядывал, а он меня. Стало мне не по себе почему-то, но потом я вспомнил, как горячо, горячо, горячо будет сегодня, когда зверушку Агнии принесу, и сразу смахнулась тревога у меня с сердца, стекла тонким ручейком да испарилась.
Принес я лори Агнии, обрадовалась та да давай с ним тетешкаться, потом в магазин мы отправились, фруктов, овощей и корма специального купили, и клетку большую, и зеркальце с погремушкой, чтоб не скучала зверушка. А потом домой вернулись, лори в клетку посадили, и ночь на нас упала тяжело, и в темноте я с Агнией все падал, падал, падал всю ночь, стонала и плакала Агния, а я себя не помнил, только жарко мне было и сладко, и ныло внизу сильно и болело истомно, а потом на рассвете уснул я тяжело да счастливо. А через неделю Агния ко мне переехала, все юбки свои перевезла, туфли на каблуках высоких и клетку с лори в спальне поставила. На работу бросила ходить, стала дома сидеть, перед телевизором семечки черные и белые щелкать, меня ждать, когда я из зоопарков вернусь. И любила она, чтобы я ей или цветочки принес, или колечко, или конфеты шоколадные в коробке картонной, ленточкой чтоб обвязано было непременно, или букет из медведей плюшевых. А лори в клеточке своей сидел, Агния ему иногда семечку давала, но я говорил ей, что лори этому вредно семечки есть, а надо кормом специальным питаться.
Как-то пришел я с работы, принес Агнии браслетик на ручку тонкий золотой с переливом, захожу, а она на диване сидит, в телевизор смотрит, на меня даже не оглядывается. Не в духе, думаю, значит. Положил браслетик рядом с ней на столик, она не смотрит даже. Потом гляжу – а лори в углу в клетке лежит, не шевелится. Спит, поди? Тут она ко мне голову повернула, глазами черными зыркнула и говорит:
– Укусил он меня сильно. Я семечками его накормила со злости.
А потом согнулась, уронила лицо в ладони и заплакала горько-горько. Вытащил я лори из клетки, поместился он у меня на ладони полностью, тушка еще теплая совсем. Сел рядом с Агнией, она тушку гладит и слезы льет.
Сходил я во двор, закопал лори под деревом да домой вернулся. А вечером решил про него в интернете смотреть, чтобы нового найти, и новость прочитал свежую, что был этот лори вид исчезающий из книги Красной, и осталось их в мире всего с десяток, а может, уже и ни одного не осталось. Жутко мне стало немного, что я час назад последнюю зверюшку редкую закопал, да делать нечего. Напоил Агнию сладким чаем и спать с ней лег.
А ночью проснулся резко – словно вдоха мне не хватило, глаза открыл и сел. Пытаюсь воздуха заглотнуть, да не могу. Вдохнул с трудом маленько, потом еще и еще, снова будто бы научился дышать. Поднялся потихоньку, сходил на кухню, воды выпил. Вернулся, лег снова. Вдруг смотрю – в углу глаза желтым светятся. Круглые-прекруглые. Потряс я головой, зажмурился. Открыл глаза. Исчезли. Повернул голову – в другом углу светятся. Вскочил я, шагнул в темноту, исчезли глаза. Оглянулся – появились на кровати. Пригляделся, а это лори глазами светит, рядом с Агнией спящей пристроился и сидит. Бросился я к нему, на кровать плюхнулся, да Агнию разбудил. Ты чего, говорит. А я ничего сказать не могу, только дышу тяжело и рукой машу. После только смог прошептать: «Лори… Лори…» Отмахнулась от меня Агния, говорит: ты чего чушь несешь, спать я хочу.
А через неделю начали помирать у меня в зверинцах все звери, остались только птицы всякие да гады-рептилии. Не расстроился я, да только накупил больше хамелеонов, игуан, ящериц разноцветных да птиц – попугаев больших белых какаду и ару и мелких – синих, желтых, зеленых волнистых, канареек да сов десяток. И бизнесу перемены не повредили, только лучше дело пошло: стали люди думать, что скоро вся живность повымрет, и побежали в мои зоопарки.
Только спал я с тех пор плохо, все боялся, что лори снова появится. Как-то до трех часов не спал, все смотрел. Никого. Только задремал – слышу, шорох. Открыл глаза: по полу белое движется прыжками короткими так: тык-тык. Коготки по полу стучат. Пригляделся: это кролик с глазками красными по полу скачет. Бросился я ловить его, на тапке поскользнулся, упал. Проснулась Агния, увидела, как я по полу барахтаюсь и бормочу, заорала со страху. Повернулся я к ней и шепчу:
– Кролика, кролика видишь?
Она руками машет и к стене отползает. Жалко мне ее стало, напугал ее сильно. Успокоил как мог да спать снова уложил, а сам до утра на кухне просидел. Понял я, что с ума схожу, да боялся до конца себе в этом признаться.
