Читаем Собака Вера онлайн бесплатно
Я помог обработать Элли от паразитов, вычесал ее, залечил рану на лапе. Смог достать несколько мешков собачьего корма. Естественно, мы не выводили ее гулять, но эта умная собака все поняла и ходила в туалет в большой лоток, который мы для нее организовали. Но все равно через несколько дней Марк Витальевич предложил отвезти Элли к нему на дачу. Был уже ноябрь, и он сказал, что из соседей там зимой почти никто не живет. Профессору очень хотелось дать Элли возможность иногда гулять. Да и прятать ее было надежнее на даче, дом находится в отдалении, только несколько дач рядом, и сразу за домом лес. Ночью мы аккуратно вывели Элли и на моей машине отвезли к профессору в Комарово. После этого стали ездить к ней по очереди.
Сегодня я встретился с Катей и отдал ей ее записную книжку.
С сестрой мы тогда поссорились из-за этого. Я рассказал ей про Катю. И впервые в жизни не встретил понимания. Соня – мой самый близкий человек, с детства. Я даже не мог здесь про нее писать, так было больно.
Я рассказал Соне, что мне нравится Катя, что я знаю про нее все и что при этом мы не знакомы. Соня немного расстроилась. Но потом я рассказал про записную книжку, и она разозлилась. Я впервые в жизни видел ее такой. Она говорила, что так делать нельзя, что это подло по отношению к Кате. Что записную книжку надо вернуть, а от Кати отстать. Или все ей рассказать. Я тоже ужасно разозлился, и мы опять же в первый раз в жизни кричали друг на друга. Она ушла, а я хлопнул дверью ей вслед. Сейчас я понимаю, что больше всего злишься, когда тебя не просто обвинили, а обвинили справедливо. Разоблачили.
Нет, в тот момент я думал так: она ничего не поняла, ничего не поняла, ничего не поняла. В голове обида кусала досаду, и наоборот.
Потом я погряз в поездках к Элли и во всей этой конспирации. В какой-то момент я даже про Катю немного забыл. В середине января на даче вышел из строя газовый котел, благодаря ему дача отапливалась. Починить мы его не смогли, и нам пришлось в ночи отвезти Элли обратно к профессору домой. В эти дни профессор мне все время рассказывал про какой-то спектакль или концерт, который его студенты поставили недалеко от его дома. Но это полбеды, уже в квартире, когда мы приехали, профессор говорит:
– Знаете, Константин, в искусстве надо идти до конца. Всегда. Поэтому в концерте примет участие Элли. То есть Вера. Этот концерт запомнят навсегда. Как и «Три левых часа». Жизнь превратится в искусство. Искусство превратится в жизнь. Все неразрывно.
Какие левые часы, какая Вера. Я подумал, что профессор снова тронулся умом, это бывает, называется «рецидив». Но вел он себя очень спокойно и говорил это тоже. Будто просто был уверен в своем решении на все сто процентов. Будто в нашем мире, в котором вымерли все млекопитающие, выпустить живую собаку на сцену – рядовое событие. Я попытался его переубедить. Безуспешно.
– Вы не переживайте, – говорит. – Я сам ее отведу ночью в нужное место. Она умненькая, она там тихо посидит. А о вас я никому ни слова не скажу. С вами все будет в порядке.
Ну, думаю, совсем приехали.
На следующий день я на всякий случай пришел в этот особняк, где спектакль ставили, туда легко было пройти, за кулисы тоже. Все вокруг бегали, суетились, на меня никто внимания не обратил. Режиссер носился туда-сюда и орал что-то про чемодан. Профессора я встретил тоже за кулисами, он такой весь нарядный в костюме ходил, руки потирал. Объяснил мне, где Элли находится (в дальней маленькой комнатке), и дал ключ, чтобы я проверил, что с ней все хорошо. Я пошел туда, отпираю дверь и тут чувствую, что кто-то на меня смотрит.
Я оглянулся и увидел Катю. Я так и застыл с открытым ртом как дурак.
– Слушай, я все знаю про собаку. Ее надо отсюда уводить срочно. Причем незаметно.
– Куда?
– Не важно. Ты же на машине, верно?
Не так я представлял наш первый разговор.
– Снимай куртку, – сказала Катя. – Мы Элли в нее завернем. И вынесем отсюда.
Я кивнул, снял куртку, повернул ключ и открыл дверь.
Увидев нас, Элли побежала нам навстречу, а потом проскользнула мимо и понеслась по коридору в сторону сцены.
Мы побежали за ней.
Когда нас всех отвезли в отделение, я подумал, что больше оттуда не выйду. Но оказалось, что нас туда привезли не из-за собаки, а из-за драки. О собаке никто даже не спрашивал. Поэтому-то я и удивился, когда через пару часов нас выпустили. Сказали, что пригласят еще, если что. Полицейский, который нас выпускал, без остановки потягивался, зевал и хрустел пальцами.
