Читаем Интервью онлайн бесплатно
«К концу июня я заполнил дюжину очень больших бухгалтерских книг, но книга не была закончена, хотя у меня было написано несколько сотен тысяч слов. В июле я вернулся в центральную Европу, чтобы провести там лето, получив денежную стипендию Гуггенхайма. В сентябре я снова был дома и получил работу преподавателя английского языка в Нью-Йоркском университете. Я работал над книгой по ночам. Она была закончена, то есть первый черновик был закончен весной 1928 года – помните, однако, что переписывать книгу так же важно, как и писать ее».
«Я работал над этим два года!»
Томас Вулф отдохнул минуту. В комнате была вода, он выпил немного. Это придало ему свежести.
«Я много переписываю», – признался он, возобновляя свой марафон.
«Я все выливаю все слова. К тому времени, когда я готов писать, слова должны обрушиться на меня, как Ниагарский водопад. У меня привычка к проливным потокам. Для своей первой книги я написал более 500 000 слов, но когда я представил ее издателю, то сократил всего до 350 000 слов».
«Ее отклонили через две недели. Это не заняло у них много времени. Издатель прислал в ответ милую записку, в которой говорилось, что моя история слишком длинная, что она автобиографичная, что за год до этого он опубликовал полдюжины похожих романов и на всех потерял деньги».
«Это было для меня горьким разочарованием. Я почувствовал себя одним из тех идиотов, которые считают, что могут писать, не имея к этому никакого таланта. Я бросил эту огромную рукопись в шкаф, закрыл дверцу и постарался забыть эту чертовщину».
«На лето я снова уехал в Европу, оставив рукопись. В октябре я был в Мюнхене – прекрасный город, не правда ли? – когда получил письмо от другого издателя, который узнал о моей рукописи от агента, который был моим другом. Мой друг сходил в чулан, достал рукопись и дал ее посмотреть агенту. Это письмо было настолько хорошей новостью, что я запомнил его. Хотите послушать? Ну что ж, я все равно вам его повторю. Оно было следующим:
«Я прочитал рукопись вашего романа и, хотя не уверен, что какое-либо издательство сможет опубликовать его в нынешнем виде и в нынешнем объеме, знаю, что ни один редактор не может не прийти в восторг от него. Я хотел бы узнать, когда вы вернетесь в Соединенные Штаты, чтобы я мог увидеть вас и поговорить с вами об этом?»
«Я вернулся в Нью-Йорк 31 декабря 1928 года. Когда я приплыл, я был на мели. У меня было всего 1,25 доллара. У меня была работа, которая начиналась в феврале, в Нью-Йоркском университете, но, черт возьми, мне нужно было поесть до февраля. Этих 1,25 доллара мне хватило до 2 января, а потом я отправился на встречу с приятным издателем. Я шел пешком, потому что у меня не было ни цента, чтобы заплатить за проезд в метро».
«Мы все обсудили. Он сказал, что хочет опубликовать мою книгу. Ему не пришлось уговаривать меня на это. Он посоветовал мне сократить ее до 250 000 слов, я сказал, что так и сделаю. Мы много говорили, но он не упоминал о деньгах. Это ужасно – говорить о деньгах, но, черт возьми, я нуждался в них. Поэтому, взяв шляпу, я сказал этому милому человеку: «У меня нет денег; в феврале у меня будет хорошая преподавательская работа, но доктор советует мне до этого времени что-нибудь съесть».
«О, – сказал издатель, – я дам вам аванс». «Очень скоро он вернулся, размахивая чеком на 500 долларов. Он выглядел больше, чем национальный долг. Я вышел на улицу, держа чек в руке. Я долго шел по авеню с этим чеком. Наконец я зашел в ресторан, все еще держа чек в руке».
«Послушай, Хейзен, я был счастлив не от того, что у меня было столько денег, а от того, что ко мне вернулась уверенность в себе. Я сразу же принялся за работу, вырезая слова».
Затем мистер Вулф рассказал историю о том, как его первая книга получила название.
«Первоначально я назвал ее «О потерянном», – объяснил он. – Но когда книга ушла в печать, мне позвонили редакторы и сказали, что мое название не подходит. По их словам, оно никуда не годится. Меня попросили предложить что-то другое. Тогда я написал 12 других названий, любое из которых я был готов принять. Ни одно не подошло. У редакторов есть идеи, о которых авторы ничего не знают, например, что женщины думают о мужчинах».
«За несколько месяцев до этого в журнале «Скрибнерс» был опубликован рассказ под названием «Ангел на крыльце». Но первоначально я назвал его «Взгляни на дом свой, Ангел». И вот, когда мы сидели и разговаривали, один из них вспомнил об этой журнальной пряже и спросил: «Как вы первоначально назвали эту журнальную историю?»
«Взгляни на дом свой, Ангел», – ответил я.
«Вот оно, вот оно, – закричал он, – вот название для этой книги».
«Для первой книги она продавалась хорошо и продается до сих пор. Благодаря книге мое имя стало известно. И она вызвала много шума в моем родном городе. Критики приняли ее хорошо, но они спрашивали: «Что этот человек собирается делать дальше?» Это был вызов, а мальчиков в Северной Каролине учат никогда не принимать вызов без боя. Так что мне пришлось снова взяться за карандаш».
