Читаем Интервью онлайн бесплатно

Вулф прибыл в Сиэтл в среду, 15 июня, поселился в отеле «Нью-Вашингтон» отеле и сразу же позвонил Джеймсу Стивенсу, чтобы договориться о встрече. Стюарт Холбрук написал Стивенсу о предстоящем визите Вулфа и предложил ему встретиться. Помимо того, что Стивенс занимался связями с общественностью Ассоциации лесорубов Западного побережья, он был хорошо известен своими историями о Поле Баньяне и рассказами о лесозаготовках на северо-западе. На следующий вечер Джеймс и Тереза Стивенс поужинали с Вулфом в его отеле, и на следующий день Стивенс повез Вулфа через Пьюджет-Саунд в Порт-Таунсенд на Олимпийском полуострове для осмотра лесозаготовительных и фрезерных предприятий. Хотя Вулф проводил много времени со Стивенсами в их доме, где познакомился со многими активными участниками литературной и художественной жизни города, ему также удалось найти и навестить некоторых родственников своей матери по фамилии Уэсталл в этом районе.

Во время пребывания в Сиэтле у Вулфа взял интервью Роберт Берман из «Сиэтл Пост-Интеллидженсер». К интервью, озаглавленному «Вулф посещает Сиэтл; он такой же большой, как и его книги – 6 футов 7 дюймов», прилагалась фотография Кена Харриса, на которой Вулф возвышается над Стивенсом, оба широко улыбаются и пожимают друг другу руки.

Вчера Сиэтл принимал у себя настоящего литературного гиганта.

Это Томас Клейтон Вулф, который имеет двойное право на это звание.

Он не только пишет и продает романы длиннее, чем «Энтони Несчастный» или «Унесенные ветром», но и физически он так же велик, как и его книги. Его рост – шесть футов семь дюймов, а пропорции – широкие.

«Раньше я был чувствителен к своим размерам, – заметил он вчера вечером в своем номере в отеле «Нью-Вашингтон». – Но теперь я уже не чувствую этого – за исключением тех случаев, когда пытаюсь занять место в пульмановском вагоне».

Он болтал с Джимом Стивенсом, автором из Сиэтла, который чувствовал себя как дома, потому что его любимый герой – Пол Баньян, который был немного, но не намного, больше Вулфа.

Вулф объяснил, что берет отпуск после того, как закончит черновой вариант своего последнего романа под предварительным названием «Паутина и скала», который насчитывает не менее двух миллионов слов. И каждое слово в нем было написано от руки.

«Я так и не научился пользоваться пишущей машинкой, – извиняется Вулф, – поэтому у меня уходит довольно много времени. Но я работаю не покладая рук – по восемь-девять часов в день. В год у меня выходит почти миллион слов».

«Конечно, все это не попадает в печать. Я много пересматриваю и переписываю. Но, похоже, сначала я должен выпустить все это из себя».

Его первый бестселлер, «Взгляни на дом свой, Ангел», в готовом виде насчитывал всего четверть миллиона слов. А вот его «О Времени и о Реке» дошел до семисот тысяч.

Кстати, его работы были опубликованы на немецком языке, но он не получил от этого большой выгоды из-за нацистского запрета на высылку денег из Германии.

«Сейчас из Германии мне хотят прислать 5000 марок, – заметил он. – Но я не могу их получить, пока не поеду туда, и мне придется потратить их все до того, как я покину страну. Я убедился, что это довольно невыгодно, когда занимался этим в 1936 году. Я собрал 2000 марок, но потратил гораздо больше, так что мне пришлось посылать домой за деньгами».

«Но это того стоило, потому что я видел, как команда Вашингтонского университета выиграла свой забег, [на Олимпийских играх 1936 года в Берлине] и это зрелище я никогда не забуду».

По словам Вулфа, его отец был каменотесом, и его мать так и не смогла свыкнуться с мыслью, что он не следует тому же призванию.