Читаем Интервью онлайн бесплатно
«Что бы вы ни писали, это должно вытекать из вашей жизни. Вы не можете писать о том, о чем не знаете, и что вам не принадлежит: вы должны писать о том, что знаете, и что вам принадлежит. Вы не вернетесь после четырех или пяти месяцев в Европе изменившимся человеком. Я не могу проглотить все целиком; я должен попотеть и потрудиться. Художник должен расти, иначе ему конец, а рост – дело не быстрое; я также не верю во внезапное обращение или откровение с горы Святого Свитуна. Это верно для художника, я думаю, больше, чем для кого-либо другого. Есть люди, которые впитывают все в одночасье, но в итоге может получиться так, что некоторые из тех, кому приходится пробивать себе дорогу собственными силами, проложат более глубокую борозду».
«Писатель двадцати или двадцати двух лет, который творит, – чертовски самовлюбленный эгоист, у которого есть своя фишка на плече. Если кто-то говорит, что он не умеет писать, он становится еще более высокомерным, ведет себя свысока и смотрит на всю жизнь как на отражение своей собственной личности. С возрастом вы начинаете терять это. Я много думал о вещах, которые меня окружают, и у меня появилось более глубокое и широкое чувство по отношению к ним, и это пришло не потому, что я прочитал об этом в книге. Эти вещи приходят в процессе жизни, пота и переживаний».
«Я думаю, что книга должна опираться на талант ее автора. У вас может быть великий пролетарский романист, или великий религиозный романист, или великий исторический романист, но прежде всего у вас должен быть великий романист, и все, от пролетарского до религиозного романа, что расширит разнообразие и диапазон литературы, – это то, что должно быть развито».
