Читаем «Годзилла» онлайн бесплатно
Капитан Иванченко практиковал пробежки к себе в штаб среди ночи любого дежурного, кто на его усмотрение во время доклада по телефону гундосил в трубку, вызывая подозрение в заспанности. Пару раз сбегал в штаб и я. Капитан в наглую играл в «World of tanks», заставляя нас заучивать абзацы из устава, от нечего делать называя номера страниц. Мне хватало часа, чтобы справиться с задачей, но в среде остальных дежурных это было истинной пыткой. Сонные они пыхтели от прилагаемых усилий в заучивании этих деревянных строк, тяжело переминаясь с ноги на ногу. Одного дежурного с «автобота» Иванченко продержал вплоть до подъёма.
— Вымахали, лоси, хуй, как пивные банки, а устав выучить не могут, — всё причитал на нас капитан.
По рассказал Муки майор Дикий пробивал лосей с порога. Как только дежурный делал три строевых ко входу, ему следовала команда «своди». В моё дежурство я лишь единожды застал его в нашем расположении. На тумбе тогда стоял Бохтыш и мы с ним немного повздорили. Видите-ли, я мало давал ему сна и он рубился прямо на тумбе, покачиваясь и кивая головой каждую минуты. Следовало взбодрить бойца, и я велел ему встать на кости. Бохтыш долго сопротивлялся, но всё же встал. Заслышав шаги по лестнице, я приказал ему подняться. Тот, понятное дело, затаил обиду и остался в исходном положении. Дикий вихрем залетел в роту. Я, уже подписывая себе сметный приговор, обречённо сделал к нему три строевых. Дикий посмотрел по сторонам. Бохтыш стоял на костях, в ожидании моей скорейшей экзекуции.
— Воспитываешь молодое пополнение? — глядя на моего «слона», спросил майор.
— Так точно!
— Ну, это правильно, продолжай в том же духе, — только и сказал он, направившись в третью роту.
Через месяц я узнал, что его разжаловали и уволили из вооружённым сил. Пацаны из ремонтной роты говорили, что у него снесло крышу и на ночном обходе роты, он стрелял из пистолета в потолок.
Швока требовал от нас знания технических характеристик оружия, спрашивал их прямо на разводе, а в оружейке постоянно допекал меня количеством запасов патронов и гранат. По своей неосведомлённости я несколько раз рисовал ему чертежи составляющих деталей АК-47. Швока, хоть и был забавным майором, откидывающим сиюминутные остроты, всё же по сущности своей слыл заносчивым и неугомонным «шакалом».
Никогда вопросов не возникало лишь с майором Разиным, это был здоровый перекаченный вэдэвэшник в тельняшке, но как ни странно, самый лояльный и толковый офицер. На разводе его главным требованием было запирать роту после отбоя на ключ и никого не пускать в расположение, что мы послушно и исполняли, рубились прямо на кроватях, оставляя за старших «слонов» -дневальных. Если не спалось, жрали с Чучвагой или Индюком «Роллтон», обильно заправляя его майонезом и, нарезая в котелки сосиски. «Слоны» заранее покупали нам весь провиант, за что мы разрешали им сидеть в своих телефонах и даже немного спать.
***
Как-то поздно ночью в роту зарвался пьяный в дразг лейтенант Левкович. Я был в наряде с Индюком, а Чучвагой и пока сидел на долбанах, Чучвага был в отдыхающей, услышать чьё-то громкое падение на земь, потом гундосый, исонный голос Пахи:
— Дежурный по роте на выход!
Я впопыхах выскочил на зов и увидел, как едва держащийся на ногах Лёва, схватил за шею Индюка и простреливал ему с кулака под дых.
— Дежурный! — замычал Лёва. — Почему твой дневальный на посту рубится? Где второй?
— Отдыхает, товарищ лейтенант.
— Буди его и быстро ко мне в канцелярию.
Пока я поднимал ничего не понимающего Чучвагу, Лёва пробивал лоу кики бедолаге Индюку. Чучвага вставал долго и Лёва негодуя, прописал мне пару раз в фанеру, правда, я вовремя отстранялся от ударов и подачи прошли не сильными. Лёва пытался зарядить мне по лицу, но так и не попал. Когда на взлётке, застегиваясь на ходу, появился Чучвага, Лёва настиг его мощным пенделем.
— В канцелярию, живо! — скомандовал он.
Там лейтенант поставил нас на кости и невменяемым голосом прочитал лекцию, что мы самый худший период, нас плохо воспитывали «фазаны», и что теперь он серьёзно лично возьмётся за каждого из нас. Потом поостыв, велел принести ему из расположения свободную койку и разбудить в семь утра. Койку мы тут же предоставили и он, упав навзничь, заснул мертвецким сном. Храп стоял всю ночь.
Благо никто не видел нашего унижения. Мы давно осознали, что все наши трудности окончены и наконец настало время пожинать заслуженные плоды тáски, а тут нас снова пытались вернуть на прежние «слонячие» повинности.
Утром я разбудил Лёву и он приказал заварить ему кофе.
Я уже собирался найти «слона», чтобы дать ему указания, как меня тут же перехватил Чучвага.
— Надо зафаршмачить этого ушлёпка.
Индюк поддержал и спешно отправился в каптёрку заваривать чайник. Достал из своих запасов кофе, насыпал сахара и залил в кружку кипяток. Рота ушла на завтрак и мы остались одни.
— Харкнём ему каждый по разу и пусть пьет, сука, с добрым утром! — постановил неугомонный Чучвага.
— А если он увидит харчки? — заволновался я.
— А ты размешай получше! Виля с Мирон ему тоже харкали.
