Читаем «Годзилла» онлайн бесплатно
У стакана зубоскал Курюта отдал мне свой блокнот, я положил его рядом с телефоном и, отдавая воинское приветствие уезжающему «уазику», подумал:
Я посмотрел на записи в блокноте и ужаснулся от количества номеров машин и безликих фамилий, такую информацию запомнить было не реально, ну разве что её треть. Каждую минуту вдоль меня проходили военные чины, каждому козырни, проверь пропуск, запусти и досмотри машину. Этот малолетка явно зарвался.
И как не странно, забирая меня с поста через два часа, первым делом Кесарь поинтересовался о моём знании, уж больно хорошей была его память.
— Растащило, военный?! — злобно обернулся ко мне Кесарь, услышав мой отрицательный ответ.
— Серёга, как я успею столько за два часа выучить?
— Не ебёт, задача была поставлена, ты с ней не справился! На кости упал!
Я озадачено посмотрел в его расверепелые глаза.
— Здесь? Куда именно? — на моём лице возникла ухмылка.
— Чё ты выкалываешься, «слоняра»? — вмешался водитель «уазика». — Когда говорят — делай!
Приступ ярости овладел моим естеством и я рявкнул:
— А ты кто такой, чтобы мне здесь указывать?
— Ладно, Дёмыч, трогай, «слон» решил побузит, — спокойно сказал рыжему водителю Кесарь и «уазик», затарахтев, тронулся с места.
Подъехали к пятому посту, быстро сменили часового Лесовича и двинулись обратно в караулку.
— Лесович? — обратился к нему Кесарчку.
— Я!
— Падай на кости, — спокойно сказал Кесарь.
— А что такое? — растерявшись спросил тот.
— Спросишь потом у своего товарища.
Лесович хмыкнул и, оглядывая кабину «уазика», попробовал выпрямиться в ней в упоре лёжа. «Уазик» трясло на поворотах и беднягу то и дело закидывало на седушку, он терял равновесие, но продолжал вставать на кости.
— Привыкай, теперь за любые косяки будешь вот так на посты и с постов ездить.
Я смотрел на Лесовича с омерзвлением, какой-то заносчивый малолетка фривольно унижал его перед всеми, а он хоть бы хны.
В караулку Кесарь зашёл королем и тут же скомандовал:
— Первый период, сбор в сменяемой!
Гораев с Гурский появились, как по веянию волшебной палочки, недоумевающе глядя на раскрасневшееся лицо младшего сержанта.
— Построились!
Все быстро поправляя кителя, выстроились в коридоре. Я попытался встать в строй, но Кесарь оттолкнул меня в сторону.
— Ваш товарищ не исполняет указания своего командира. На кости упали, быстро!
Конечно, я не ожидал такого исхода. Гурский спросил:
— Серёга, ты растолкуй, что не так?
Кесарь молнией подлетел к нему и сбив подсечкой на колени, крикнул:
— На кости я сказал, живо!
В это мгновение на крики из начкарки вышел младший лейтенант Секач. Его детские глаза на широком лице лучились скрытой маниакальной радостью.
— Что случилось? — спросил он.
— Проводим разъяснительные процедуры, товарищ лейтенант.
Небольшая надежда поселилась в моём сознании, что вот он, спаситель, сейчас влепит этому дрыщу затрещину и все спокойно разойдутся.
Секач с интересом посмотрел на экзекуцию, а потом добавил:
— Это правильно, занимайся.
Я готов был сорваться к ним обоим и столкнуть их головы одним мощным ударом. В моих глазах потемнело.
Секач удалился в начкарку.
— Пока не поем, желательно кто-то из вас встанет, — сказал Кесарчук и пошел на кухню.
Лесович, Гораев и Гурский молча стояли на костях.
— Так что вы там не поделили? — немного погодя спросил Гурский.
— Да не выучил эти номера и полканов гребенных, — ответил я. — Ну и потом в «уазике» немного повздорили.
Мне было неловко перед пацанами, я стоял и смотрел, как они корчились от боли и напряжения. Срочно что-то надо было делать с этим беспределом.
Через пол часа Кесарчук велел им встать.
Глубокой ночью мы сидели в бытовке и рассуждали:
— Ведут себя, как «деды», — сказал Гораев.
— Так ладно «деды», им ещё положено, эти же для нас «фазаны», можно смело слать их подальше, — возразил Гурский.
— Надо завтра в роте собрать своих и решить, как дальше действовать, я у них на побегушках носиться не буду, — сказал Лесович.
Я, всё ещё чувствуя на себе вину, отмалчивался.
— Да «фазаны» вроде нормальные, Кесарь этот только воду мутит, хрен пойми кого из себя строит. Меня уже во втором карауле заставлял по пластунски по третьему посту ползать, вся куртка вымокла, а всё из-за того, что дерзить ему вздумал. Я хоть и тренер по футболу, но пару приёмчиков знаю, на гражданке ему бы не поздоровилось. Сопляк. Устав гласит, что нам следует слушать своих командиров, но такое, простите, без меня.
— Это армия, — с грустью заключил я.
***
После бессонного и тяжкого караула, по прибытию в роту нас, конечно же, не отбили. Разложив вещи и мыльно-рыльное в тумбочки, по приказу Веры караул отвели в пустое расположение соседней третьей роты, сменившей нас на постах для подведения итогов. Мы выстроились в одну длинную шеренгу по постам и сменам, а Потап встал рядом с Верой и Секачём напротив нас.
