Читаем Шата онлайн бесплатно
Как можно тише я подошла к первому домику, осторожно заглянула в окно и возблагодарила богов.
Там стояла люлька. Значит, хозяева этого дома знали, чем кормить этих созданий и как о них заботиться.
Я тихонько положила Киана под дверь, поплотнее закутала в фиолетовое одеяло и провела пальцами по золотому трезубцу.
Малыш агукнул и заулыбался.
Не знаю отчего, но, положив голову на одеяльце, я беззвучно расплакалась.
Тельце под моим лицом игриво шевелилось.
Из дома раздался шорох. Люди просыпались.
Я подняла голову, посмотрела на Киана. Он все еще улыбался, и я не понимала почему. Вчера у него убили родителей. И сейчас он был…
Я огляделась. Не знала, что это за деревня, но она была довольно большой.
– Я найду тебя, – сказала младенцу. – Обещаю, малыш, я тебя найду! Сначала вернусь к тем, кому доверяю, и, клянусь богами, если будет нужно, я приведу сюда весь Йос, чтобы защитить тебя. Обещаю, маленький… Я обещаю!
Из дома донеслись сонные голоса. Я мельком глянула на дверь и обратно на Киана, который уже принялся сосать пальчик.
Слезы снова полились из глаз.
– Прости… – всхлипнула я. – Прости, что должна оставить тебя… Не уверена, что справлюсь с тобой. Но в одиночку я выберусь отсюда, а потом найду тебя, клянусь! Верь мне, малыш!
Он причмокнул и снова улыбнулся.
Боги…
Я поцеловала маленького принца в щечку, стерла капельку крови, оставшуюся от моих губ и прошептала:
– Король умер, да здравствует король.
Я дважды стукнула в дверь и побежала за соседний дом. Выглянула из-за угла и наблюдала, как на порог вышел мужчина с густой бородой, и как он, ахнув, подобрал фиолетовый сверток с младенцем. Мужчина огляделся вокруг и, не заметив меня, занес ребенка в дом.
Я выдохнула.
Я вернусь за тобой, малыш. Найду тебя и сделаю все, чтобы ты стал королем.
Я заползла поглубже в лес и упала в траву, но что-то вдруг сильно кольнуло в спину. Вытащила мешок из-под себя и залезла внутрь. Это корона меня уколола. Я уже и забыла, что забрала ее с собой.
К тому моменту окончательно рассвело, и, перевернувшись на спину, я смогла хорошенько ее рассмотреть. Это была широкая корона из белого золота с нефритовой гравировкой в виде…
И тут мое сердце раскололось на части.
В центре короны еле заметно был выгравирован трезубец с полумесяцем.
Гонник приказал ювелиру нанести на свою корону наш тайный символ.
Слезы в очередной раз полились из глаз, но я проглотила их. Я не имела права горевать, пока не отдам маленького Киана в руки тех, кто сможет о нем позаботиться и помочь ему вырасти достойным королем.
Оторвав кусок ткани от запасной рубахи, я аккуратно завернула в него корону Гонника и убрала в мешок.
– Это корона твоего отца, Киан. И, клянусь всеми богами, однажды она ляжет на твою голову.
Я тут же провалилась в беспробудный сон, но последнее, что видела перед внутренним взором, – это улыбку наследного принца и будущего короля Баата.
Лицо маленького человека начало растворяться и вскоре превратилось в лицо Аркина с залегшей между бровей складкой. Звуки просыпающегося леса превратились в низкий баритон короля воров, который спрашивал, что со мной.
Я больше не была Митрой. Я снова кнарк, снова Шата, снова слуга Бадзун-Гра. Я снова вернулась в Таццен, в главный зал замка, который насквозь провонял элем и похотью.
Что тут происходило?.. Празднование рождения племянника королей воров, Аркина и Анцеля. Куда я собиралась? В Тарту… Другой кнарк, как его зовут? Карро. Он со своим волком Ваарко ждет меня в лесу.
Надо мной нависло три головы: Аркин, Анцель и Клео.
Толпу гостей, включая идиота Янни-пом-пома оттеснили подальше от меня и моих черных глаз. Сестра королей, Лиррия, с ребенком и своим супругом – в честь которых и устроили этот праздник – только подходили к нам, а значит, без сознания я пробыла всего несколько ударов сердца.
Поднялась я сама, никто не рвался предложить мне руку. Кнарк, упавший в обморок, являл собой не меньшее чудо, чем если бы сам Бадзун-Гра вошел сейчас через дубовые двери.
Братья загородили собой Лиррию и дитя. Их настораживало, что я пялюсь на их племянника, как на мясо. Но я смотрела не на лопоухого младенца, а на сверток, в который Лиррия уже успела завернуть новорожденного. Это был подарок Аркина.
Корил называл его фиалковым, но спустя столько лет одеяльце выцвело и казалось бледно-серым.
Зато старуха была права: золотые нити ничуть не изменились. Они, как и прежде, занимали добрую часть шерстяного уголка, разве что истрепались немного.
– Откуда? – с трудом выдавила я, не спуская глаз с трезубца и полумесяца. Казалось, если моргну, то вышивка исчезнет.
– Откуда что? – не понял Аркин.
Я кивнула на одеяло.
– Одеяло? – уточнил он. – Это мой подарок…
Но я перебила его:
– Откуда оно у тебя? Ты его украл? У кого?
– Ни у кого. Оно мое. С самого рождения мать кутала меня лишь в него.
Я уставилась на Аркина во все глаза. Разглядывала его лицо, будто впервые видела.
– Ты уверен в этом? – не терпящим возражений тоном спросила я.
– Само собой, – улыбнулся Аркин. – Мамка даже шутила, что я подкидыш и нашли меня именно в этом одеяле.
Я не улыбнулась.
