Читаем Шата онлайн бесплатно
Я уже ощущала скорбь по потерянной конечности, когда поплелась следом. Но вскоре мне пришлось бежать, чтобы успеть преодолеть тропу прежде, чем ее окончательно зальет. И, добежав до болота, я увидела, как Гонник ловко идет по еле заметной тропинке, перепрыгивая и заворачивая точно там, где нужно. Я ошарашенно глазела на это и понимала, что он следил за мной не единожды. Он знал эту тропу ничуть не хуже меня. Интересно, сколько раз он проваливался в болото прежде, чем выучил все ходы? Когда я начала ходить сюда, то считать еще не умела, но точно помнила, что таких случаев было много.
Именно поэтому никто даже не предполагал, что в этом лесу, окруженном вязкими топями, что-то есть, кроме деревьев и мха. Сколько себя помню, я всегда знала, что тут сокрыты невиданные сокровища. И не ошиблась. В детстве я исследовала тут каждую водоросль и вскоре поняла, что если двигаться очень аккуратно и с палкой, то с помощью больших подводных камней и пригорков можно перебраться на лесной островок, на котором никто никогда не был.
С тех пор у меня появилось мое озеро – такой невероятной красоты, что, впервые увидев его, я расплакалась. И моя секвойя, корни которой и служили опорой для всего небольшого островка. Что бы ни случалось, я прибегала сюда. Купалась, сидела под древним деревом и понимала: нет на свете бед, что озеро и секвойя решить не смогут. Разве что та беда, которая сейчас топала в замок.
О макушку ударились капли – и начался ливень. Я сделала несколько шагов по тропе и остановилась. Гонник уже, наверное, видел замок и торопился к воротам, чтобы не вымокнуть до нитки и побыстрее наябедничать своему папане-королю о том, что Митра его ударила.
Посмотрев на тропу, которую еще можно было различить под болотной водой, я ступила обратно на остров и пошла к секвойе. Когда опустилась у ее корней, уже была насквозь мокрой.
Небо громыхало, ливень стоял стеной, стало темно. Я сидела под деревом у моего озера, тряслась от холода и вытирала залитые дождем глаза. Озеро поднялось до моих ног, и я опустила их в воду по щиколотки. Холоднее все равно уже не будет.
А потом стало жарко.
– Она очень плоха, хозяин, – услышала я чей-то голос, знакомый и в то же время нет.
– Насколько?
– Первые сутки покажут. Пока не могу дать никаких прогнозов.
Тишина.
Кто-то положил мне ладонь на лоб. Такую холодную, почти ледяную. Мне хотелось, чтобы он не убирал руку. Так приятно.
– Она сильная, – произнес лорд Тинг. – Митра – боец. Она выживет, выкарабкается. – Но в его голосе послышалось сомнение.
Рука оторвалась ото лба. Нет холода, снова жарко.
– Не отходите от нее ни на миг, – приказал хозяин кому-то. – Если что, сразу посылайте за мной.
– Да, хозяин. – Я наконец вспомнила этот голос. Это Руппа-Чуппа.
Я снова провалилась в тяжелую дремоту, но сквозь нее слышала, как монах напевал какие-то песнопения.
– Не спеши, не спеши, – бормотал Руппа-Чуппа, когда я пыталась сесть.
Он бережно поддерживал мою спину, но любое прикосновение отдавало бесящими коликами. Меня до сих пор лихорадило, но я хотя бы могла и хотела двигаться. И уже понимала, что говорила и что говорили мне.
– Сама, – огрызнулась я, убрав руки монаха от себя.
Свесила ноги с кровати, придвинулась к краю и попыталась встать. Ноги подкосились, но я не упала. Руппа-Чуппа доволен.
Мне сказали, что меня нашел Корил за стеной, на кромке леса. Я лежала вся синюшная и в бреду, а на ощупь была горячее раскаленной сковородки. Корил принес меня к лекарю. Вызвали хозяина. Решили, что я уже была плоха, когда попала под ливень и упала в обморок. И провалялась там, пока он не закончился, то есть весь день. Случилось, как там лекарь это назвал, переохлаждение или что-то такое. Я могла умереть, сказал он, если бы конюшонок не нашел меня. Я держала язык за зубами, особенно с той поры, когда поняла, что ни про какое озеро они и не слышали. Да и рук у меня было по-прежнему две, поэтому я молчала в два раза усерднее. И первым делом, когда окрепла, направилась к Корилу.
Увидев меня, он отошел от лошади, поставил ведро на землю и наклонился вперед (хотел обнять, что ли?), но удержался на расстоянии и спрятал руки за спину.
– Как ты себя чувствуешь? – устало спросил он.
– Сносно. Где ты меня нашел?
– Не в бровь, а в глаз…
– Ну?
– За стеной, недалеко от твоего лаза. Почти у леса. Ты прям на полянке лежала, вся мокрая и грязная. И не просыпалась, когда я тряс тебя.
Ну прям один в один, как сказали хозяин и Руппа-Чуппа.
– Как? – прищурилась я, ведь Корил был не из тех, кто мог прогуливаться вокруг поместья после дождичка. Я вообще ни разу не видела, чтобы он выходил из замка дальше главного загона для лошадей.
Корил сначала открыл рот, потом закрыл и поджал губы.
Ага! Попался!
– Корил? Говори!
– Просто нашел, – еле выдавил он, краснея как помидор.
Он совсем врать не умел. И что-то скрывать от меня тоже.
– Корил!
– Мне сказали, где ты, – выдохнул он.
– Кто сказал?
Он потоптался на месте, устало взъерошил волосы и, похоже, поняв, что уже не отвертится, выдал:
– Его величество сказал.
– Король? – ужаснулась я.
