Читаем Билли Бутчер Лонгботтом онлайн бесплатно
В другой части поместья Драко Малфой тоже не спал. Он лежал в постели, глядя в потолок, и прокручивал в голове события на башне. Кровь. Крики. Выстрелы. И он — Невилл Долгопупс, — двигающийся среди Пожирателей, как ангел смерти.
Драко знал, что должен чувствовать ужас. Он должен был броситься к Тёмному Лорду и рассказать всё — что Долгопупс пощадил его, что они говорили до этого, что Драко согласился сотрудничать. Но он не рассказал. Никому. Даже матери.
Потому что он помнил слова Долгопупса: «Помоги мне уничтожить Волан-де-Морта, и я обещаю — твоя семья будет в безопасности».
И ещё: «Ты — мой должник. Когда-нибудь я потребую оплаты».
Драко не знал, когда наступит это «когда-нибудь». Но он знал, что этот день придёт. И он должен быть готов.
Неизвестное место. Штаб-квартира Ордена Феникса.
А в это же время в старом доме на площади Гриммо, 12, члены Ордена Феникса слушали доклад Кингсли Бруствера. Он только что вернулся из Министерства — которое теперь, после смерти Дамблдора, стремительно переходило под контроль Пожирателей.
— Скримджер мёртв, — говорил Кингсли. — Министерство пало. Официально объявлено, что Поттер — враг номер один, а Долгопупс — особо опасный преступник. За их головы назначена награда.
— Награда? — переспросил Артур Уизли. — За Невилла?
— Десять тысяч галеонов. Столько же, сколько за Гарри. — Кингсли покачал головой. — Я говорил с аврорами. Они рассказывают безумные вещи. Что он в одиночку убил семерых Пожирателей. Что он использует маггловское оружие. Что он...
— Что он изменился, — закончил за него Римус Люпин. — Мы все это заметили. После того случая в Косом переулке он стал другим.
— Другим — это мягко сказано, — фыркнул Грюм. — Я видел парня на похоронах. Он смотрит на людей как опытный аврор, а не как школьник. И двигается как боец. Не знаю, что с ним случилось, но это работает.
— Это работает, но это пугает, — тихо сказала Тонкс. — Я говорила с Джинни. Она рассказывала, что Невилл теперь... другой. Жёсткий. Грубый. Иногда жестокий.
— Война делает людей жестокими, — заметил Грюм.
— Не до такой степени. Он убил семерых Пожирателей. Семерых! Даже я бы не справился с таким количеством в одиночку.
Разговор продолжался до глубокой ночи. Орден Феникса готовился к худшему. Министерство пало. Хогвартс под угрозой. Гарри, Рон и Гермиона исчезли — выполняют какую-то миссию, оставленную Дамблдором. А Невилл Долгопупс... Невилл Долгопупс стал легендой ещё до того, как ему исполнилось семнадцать.
Легендой. Или кошмаром. В зависимости от того, на чьей ты стороне.
Конец десятой главы.
Глава 11. Дом, который не прощает
Август 1997 года. Лондон, дом Долгопупсов.
Августовская жара накрыла Лондон удушливым одеялом. Даже здесь, в тихом магическом квартале, воздух был густым и неподвижным, пропитанным запахом нагретого камня и увядающей зелени. Бутчер стоял перед знакомой дверью — старой, дубовой, с потускневшим дверным молотком в виде львиной головы, — и не торопился стучать.
Он не был здесь почти год. С того самого дня, как уехал в Хогвартс на шестой курс, оставив Августу Долгопупс одну в этом огромном, скрипучем доме, полном призраков прошлого. Призраков, которых он не знал, но чьё присутствие ощущал кожей. Фрэнк и Алиса. Их фотографии на стенах, их награды в стеклянных витринах, их мантии, всё ещё висящие в шкафу — бабушка так и не решилась их выбросить.
Дом хранил память. А Бутчер не любил память. Она была тяжёлой, липкой, она цеплялась за ноги и мешала двигаться вперёд. Но сегодня у него не было выбора.
Он постучал.
Шаги за дверью — быстрые, энергичные, несмотря на возраст. Августа Долгопупс никогда не ходила медленно. Она всегда двигалась так, будто у неё не было времени на старческую немощь. Дверь распахнулась, и она замерла на пороге.
— Невилл.
Она не воскликнула, не ахнула, не бросилась обнимать. Просто произнесла его имя — точнее, имя того, кого она считала своим внуком, — с какой-то странной смесью облегчения и настороженности. Её глаза, острые и цепкие, пробежались по нему: седые волосы (к этому она уже привыкла), загорелое лицо, широкая грудь, расправленные плечи, которых она никогда не видела у прежнего Невилла. Мантия не по размеру — он носил её не как школьник, а как солдат, которому выдали неудобную форму, но он всё равно готов к бою.
— Ты пришёл, — сказала она наконец.
— Пришёл, — подтвердил он. — Можно войти?
Она отступила в сторону.
В доме пахло так же, как в прошлом году: сушёными травами, старым деревом, лимонным воском для мебели. Всё было на своих местах. Фотографии на каминной полке — Фрэнк в аврорской форме, Алиса с младенцем на руках, Невилл в пять лет с дурацкой шляпой на голове. Шкатулка с орденами. Часы с кукушкой, которые показывали не время, а местоположение членов семьи. Сейчас все стрелки стояли на «Смертельная опасность» — бабушка, видимо, давно перестала на них смотреть.
— Ты голоден? — спросила Августа. Это был ритуальный вопрос. Бабушки всегда спрашивают, голоден ли ты, даже когда мир рушится.
— Нет. Но от чая не откажусь.
