Читаем Билли Бутчер Лонгботтом онлайн бесплатно
— Имеете? — Дамблдор слегка наклонил голову. — Возможно. Но есть вещи, которые опасно знать. Есть знание, которое может погубить. Я не хочу подвергать вас дополнительной опасности.
— Я уже в опасности. Мы все в опасности. И единственный способ уменьшить её — это быть готовыми.
Дамблдор вздохнул. На мгновение он выглядел не всемогущим волшебником, а просто старым, уставшим человеком.
— Невилл, — сказал он мягко. — Я понимаю вашу злость. Ваш страх. Ваше желание действовать. Но эта война — не просто битва за Хогвартс. Это гораздо более сложная игра. И я прошу вас довериться мне.
— Как Гарри доверяет вам? — резко спросил Бутчер. — Вы даёте ему обрывки информации, показываете воспоминания, но не говорите всей правды. Вы используете его.
Глаза Дамблдора блеснули.
— Я не использую Гарри. Я готовлю его. К тому, что должно случиться.
— К чему именно?
— К тому, о чём я не могу рассказать даже вам. Пока не могу.
Бутчер сжал кулаки. Он понимал, что давить дальше бесполезно. Дамблдор был скалой. Он не скажет ничего, что не считал нужным говорить.
— Хорошо, — произнёс он сквозь зубы. — Допустим, я принимаю это. Допустим, у вас есть секретный план, о котором вы никому не расскажете. Но что насчёт непосредственной угрозы? Что насчёт Пожирателей, которые войдут через шкаф?
— Я позабочусь об этом.
— Как?!
— Доверьтесь мне, Невилл. — Дамблдор посмотрел на него долгим, пронзительным взглядом. — Я знаю о шкафе. Я знаю о задании Драко. Я знаю о Непреложном обете, который связал профессора Снейпа. Всё это — части большего плана. И когда придёт время, всё встанет на свои места.
Бутчер замер:
— Вы знали о Снейпе? О Непреложном обете?
— Разумеется. Северус рассказал мне о нём сразу же, как дал его.
— И вы доверяете ему? После этого?
— Абсолютно, — спокойно ответил Дамблдор. — Северус Снейп — один из самых храбрых людей, которых я знаю. И он играет роль, которую не смог бы сыграть никто другой.
Бутчер хотел возразить, но осёкся. Что-то в тоне Дамблдора подсказывало ему, что спорить бесполезно. Старик принял решение. Он верил в свой план — каким бы безумным тот ни был. И ничто не могло его переубедить.
— Я понял, — сказал он, поднимаясь. — У вас всё под контролем.
— Именно так.
— Тогда зачем вы вообще меня выслушали?
Дамблдор улыбнулся — печально, почти виновато.
— Потому что вы заслуживали быть услышанным. И потому что я хотел увидеть своими глазами, кем вы стали. Я рад, что Невилл Долгопупс — тот Невилл, который выжил, — стал таким сильным. Это пригодится. Всем нам.
Бутчер не знал, что на это ответить. Он просто кивнул и пошёл к выходу. У самой двери Дамблдор окликнул его:
— Невилл.
— Да?
— Я знаю, что вы не верите мне полностью. И, возможно, вы правы. Я совершил много ошибок. Но в одном вы можете быть уверены: я люблю эту школу и всех, кто в ней находится. Я сделаю всё, чтобы защитить их.
— Я в этом не сомневаюсь, профессор, — ответил Бутчер. — Вопрос в том, какой ценой.
Он вышел, и каменная горгулья закрыла за ним проход.
Гриффиндорская башня. Вечер.
Бутчер сидел в общем зале у камина и смотрел на огонь. Вокруг кипела обычная жизнь — младшекурсники играли в плюй-камни, старшие готовились к экзаменам, кто-то обсуждал квиддич. Обычная жизнь, которая казалась ему теперь чужой и далёкой. Как будто он смотрел на неё через толстое стекло.
Разговор с Дамблдором оставил тяжёлый осадок. Старик знал. Знал о шкафе, о Малфое, о Снейпе. Знал и ничего не делал — или делал что-то, чего Бутчер не понимал. И это «не понимал» бесило его больше всего.
«Он сказал довериться ему. Сказал, что всё под контролем. Но я видел его руку. Она гниёт. Он умирает. И он знает это. Что, если его план включает его собственную смерть? Что, если он позволит Пожирателям войти, позволит Малфою... нет, позволит Снейпу убить себя, потому что так надо для какого-то высшего блага?»
Эта мысль была невыносимой. Не потому что Бутчер любил Дамблдора. Он не любил его. Но идея о том, что старик сознательно идёт на смерть, оставляя школу без защиты... это было неправильно. Это было глупо.
Если не сказать — преступно.
Бутчер вспомнил, как Дамблдор говорил о Снейпе. «Один из самых храбрых людей». Это была не просто похвала. Это было признание. Снейп был частью плана — ключевой частью. И если обет связывал его, если он был обязан помочь Малфою убить Дамблдора...
«Он убьёт его, — осознал Бутчер. — Снейп убьёт Дамблдора. И Дамблдор знает это. И позволяет. И, чёрт возьми, он, вероятно, даже попросил его об этом».
Всё вставало на места. Умирающий Дамблдор, проклятая рука, ограниченное время. Он хотел умереть на своих условиях, в нужный момент, с максимальной пользой для своей стороны. Его смерть должна была что-то дать — возможно, окончательно убедить Волан-де-Морта в преданности Снейпа. Возможно, что-то ещё.
Но Бутчера не волновали стратегические выгоды. Его волновало другое.
Если Дамблдор умрёт, Пожиратели ворвутся в школу. И начнётся резня.
