Читаем Билли Бутчер Лонгботтом онлайн бесплатно
Он закрыл глаза. Перед внутренним взором проплыло лицо Беллатрисы. Бутчер улыбнулся — той самой улыбкой, которую боялись даже его союзники.
«Ты и представить не можешь, сука, кого ты оставила умирать».
Сон пришёл быстро. Тяжёлый, без сновидений, восстанавливающий. Тело Невилла Долгопупса — теперь тело Билли Бутчера — впитывало отдых, готовясь к тому, что должно было случиться.
А в соседней комнате Августа Долгопупс сидела в кресле и смотрела на портрет своего покойного мужа. Глаза у неё были сухие, но руки дрожали.
— Фрэнк, — прошептала она. — С ним что-то не так. Я чувствую.
Портрет ничего не ответил. Нарисованный Фрэнк Долгопупс спал вечным сном, не зная, что его сын умер в переулке, а то, что вернулось домой — лишь отдалённо напоминало его внука.
Конец первой главы.
Глава 2: Пробуждение зверя
Лето перед шестым курсом. Дом Долгопупсов, Лондон.
Утро началось с боли. Тупой, глубокой, въевшейся в кости, словно его всю ночь месили ногами в какой-то подворотне. Бутчер открыл глаза и уставился в незнакомый потолок. Потолок был старый, с трещинами, которые складывались в причудливые узоры. Обои в цветочек. Занавески с какими-то магическими тварями. Запах пыли и сушёных трав.
«Я всё ещё здесь, — подумал он. — Это не сон. Не наркотический приход. Не предсмертная галлюцинация. Я реально в теле пацана-волшебника».
Он сел на кровати. Тело Невилла слушалось уже лучше — мышцы ныли, но не протестовали. Бутчер покрутил головой, разминая шею, потянулся, хрустнув позвонками. Суставы щёлкали, как у старика, но это было даже приятно — знакомое ощущение, что тело работает.
Он встал и подошёл к зеркалу. На него смотрел всё тот же пацан с белыми волосами и круглым лицом. Синяк на скуле начал желтеть. Губа заживала. Глаза... глаза были уже не такие, как вчера. Взгляд стал тяжелее. Опаснее. Бутчер узнал этот взгляд — он смотрел так на себя годами.
— Ладно, Невилл, — сказал он негромко. — Давай-ка поглядим, что ты умеешь.
Он взял с тумбочки волшебную палочку. Она снова потеплела в пальцах, и это ощущение было странно приятным. Как будто палочка узнавала его. Или думала, что узнаёт.
Бутчер нахмурился. Воспоминания Невилла подсказывали, что палочка — это личный инструмент, который выбирает волшебника. Палочка Невилла была старой, доставшейся от отца. Она работала не очень хорошо — или это Невилл работал с ней не очень хорошо. Парень вечно путал заклинания, нервничал, и палочка, чувствуя его неуверенность, давала сбои.
«Посмотрим, как ты сработаешь со мной».
Он вспомнил базовое заклинание из арсенала Невилла. Простейшее. Люмос.
— Люмос, — произнёс он, взмахнув палочкой.
На конце зажёгся яркий белый огонёк. Чистый, ровный, без дрожания. Невилл в своих воспоминаниях всегда зажигал Люмос с лёгкой рябью, как будто огонёк вот-вот погаснет. Сейчас всё было иначе.
— Интересно, — пробормотал Бутчер. — Нокс.
Свет погас.
Он попробовал ещё несколько простых заклинаний. Акцио — книжка с тумбочки плавно подлетела к руке. Вингардиум Левиоза — перо на столе поднялось в воздух и зависло. Редукто — старая подушка разлетелась пухом и перьями.
«Получается, — подумал он. — Невилл был слаб не из-за палочки. Он был слаб из-за неуверенности. Тело знает магию. Мышцы помнят движения. Просто хозяин всегда сомневался, а я — нет».
Это было хорошее открытие. Очень хорошее. Бутчер начал составлять в голове план. Первым делом — освоить этот инструмент. Палочка — это оружие. Любое оружие нужно знать досконально, до автоматизма, чтобы в бою не думать, а действовать.
Он вспомнил, как учился стрелять. Сначала гражданский пистолет, потом автоматическое, потом всё, что попадалось под руку. Бесчисленные часы в тирах, в подвалах, в лесу. Мозоли на пальцах. Звон в ушах. Запах пороха, въевшийся в одежду.
Теперь вместо пороха — магия. Но принцип тот же. Тренировка до кровавого пота. До автоматизма. До состояния, когда тело реагирует быстрее мысли.
«У меня есть месяц до школы. Надо использовать его с толком».
В дверь постучали.
— Невилл? — голос Августы был осторожным. — Ты проснулся? Я приготовила завтрак.
Бутчер быстро оглядел комнату. Разбросанные перья от подушки, книжка на полу — следы тренировки. Он взмахнул палочкой:
— Репаро.
Подушка срослась обратно, перья исчезли, книжка вернулась на тумбочку. Не идеально — несколько пёрышек всё ещё виднелись на ковре, — но достаточно хорошо, чтобы не вызвать вопросов.
— Иду, бабушка, — ответил он, стараясь, чтобы голос звучал как можно более «невилловски». Тихо, неуверенно, с ноткой усталости.
Он спустился в столовую. Августа уже сидела за столом. Завтрак был традиционно английским — яичница, бекон, тосты, чай. Всё выглядело до отвращения цивилизованно. Бутчер, привыкший к виски на завтрак и вместо обеда, почувствовал лёгкую тошноту.
Но аппетит тела Невилла был сильнее его привычек. Желудок заурчал, требуя еды. Бутчер сел за стол и начал есть.
Августа наблюдала за ним с тревогой, которую пыталась скрыть за суровостью.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила она.
— Лучше, — коротко ответил Бутчер.
— Ты помнишь, что случилось?
