Читаем Беглец онлайн бесплатно
– Тихо, тихо, гражданин начальник, – бандит дыхнул ему в ухо чесноком, – ты куда собрался свинтить? Дома-то у тебя жена, детишки мал-мала, только подумаешь, как в доску загнать, мы их мигом на портянки распустим. Думал, можно вот так гоголем ходить? Нет, голубь мой, мы с тобой одной веревочкой повязаны, и тебе не деться никуда. Сейчас сделаешь, что я тебе скажу, да фуражку не забудь, а потом возвращайся, поедешь с нами, выведешь фраера на улицу, и смотри, без глупостей, тогда и ты и детишки твои живы останетесь. Мякиш и Сыч тебя проводят и проследят заодно, вдруг поперек пойти захочешь, выродков своих не пожалеешь.
Кривошеева потряхивало от сдерживаемой ярости. В сопровождении двух бандитов он вернулся в пивную, приказал завернуть пироги, вареный окорок и крутые яйца, остатки водки тоже забрал и все это отнес в участок. Флягина он отпустил домой, наказав тому до утра из дома нос не высовывать.
– Держите, – Кривошеев разложил припасы на столе, – а то сколько тут сидеть. Коли до ветру захотите, у нас клозет внутри имеется, в конце коридора. Как там задержанная?
– Спит, – сказал Плошкин, – как убитая. Подождем до утра, а там я Линько в Камышинку отправлю, для свидетельского опознания. Ты чего такой дерганый?
– Замерз, что-то колотит, пойду домой, отлежусь.
– Ага, – начзвена повертел графин водки, мыкнул, отставил в сторону, – мы тут посидим, а утром чтобы как штык, наверняка ночью тут появятся, чтобы взгляда избежать, а как никто их не потревожит, бдительность потеряют.
Кривошеев угодливо улыбнулся, предупредил, что как раз утром вернется, незаметно прихватил амбарный замок и вышел, хлопнув дверью. Он отошел к противоположному зданию, прислонился к стене рядом с сопровождающими и начал ждать.
Минут через десять красноармеец помоложе, Линько, выглянул наружу, шумно втянул в себя воздух и снова исчез внутри. Кривошеев осторожно заглянул в светящееся окно – гости сидели за столом, о чем-то беседовали, размахивая руками, графин на четверть опустел. Милиционер тихо, чтобы не скрипнуло, продел дужку замка в петли, повернул ключ. Здание почтовой станции строили на совесть, дверь разве что тараном вышибалась. К этому времени сумерки сгустились, силуэты еще кое-как было видно, а лиц не различить.
Травин и Поземская устроились у стены, женщина клевала носом, от еды она отказалась, попросила принести чай и мед. Сергей выбрал место так, чтобы видеть выход на случай, если вдруг сюда заявится милиция. Перед тем, как приступить к ужину, он обошел здание по кругу, подмечая, куда можно выскочить незаметно. С левой стороны возле открытого люка стояла телега, с нее сгружали продукты, Травин закурил, подошел к грузчикам, перекинулся парой слов, даже помог дотащить тяжелый тюк до лестницы. Та вела вниз, значит, под домом имелся подвал, где находилась кладовая. В самой чайной Сергей никаких лестниц не заметил, зато за прилавком была дверь, из которой выносили готовую еду.
Напротив люка, метрах в двадцати, в глубине участков стояли две деревянные избы с темными окнами, эта часть улицы освещалась фонарем, висевшим на стене здания, его как раз разжигали. Словно играясь, Травин ткнул мыском ботинка в обломок кирпича, отбрасывая его к стене, и приметил место, куда тот откатился. Теперь он примерно знал, как может уйти из общего зала и раствориться в темноте, слабым звеном казалась Поземская, но Сергей решил, что подумает об этом позже, по обстоятельствам. Он вернулся к входу, еще раз осмотрелся и ничего подозрительного не обнаружил.
Чайная к этому времени заполнилась народом больше чем наполовину – барышники сидели за столами, пуская дым и беседуя о своих делах. Компания здесь подобралась сугубо мужская, и Поземская выделялась как белая ворона. На несколько секунд внутрь заглянул милиционер в форме, косолапый детина с взъерошенными волосами и круглым лицом. Он уставился на Травина, словно где-то уже видел, потом на Поземскую, ойкнул и исчез.
– Скажите, Сергей Олегович, вы куда направляетесь? – Поземской, которая до этого ковырялась ложечкой в блюдце с медом, внезапно захотелось поговорить.
– В Ново-Николаевск.
– А я бы хотела уехать далеко-далеко, к морю. Мы в детстве часто к морю ездили, или на воды, в Кисловодск, вот как революция случилась, перестали. Вы до революции что делали?
Травин промолчал, растер окурок в пепельнице. Решение прийти сюда казалось ошибкой, надо было заказать еду в комнаты, но, с другой стороны, Сергей не хотел раскрывать место, где они переночуют. Теперь риск быть обнаруженным вырос. Появилась мысль отсесть от Анны Ильиничны, чтобы та послужила приманкой, если вдруг заявится милиция, но за соседними столиками сидели явно нетрезвые люди и бросали на учительницу сальные взгляды. Присутствие Сергея, точнее, его комплекция, их от решительных действий пока удерживало, стоит оставить женщину одну, как придется ее от пьяной компании отбивать.
– Пойдемте в комнаты, – предложил он, – чай, смотрю, уже выпили, мед слопали, пора спать.
– Нет, я хочу здесь посидеть, не могу оставаться одна. Идите сами.
