Читаем Беглец онлайн бесплатно
Митя добрался до Дятлово без приключений. Лошадь, несмотря на свой дохлый вид, исправно тянула кибитку, доберман крепко спал, солнце постепенно садилось, но, когда показались крыши домов со снежными шапками, до сумерек оставалось еще часа три. Дятлово было не захудалой деревенькой, а практически селом, с церковью, каменными зданиями и извилистыми улочками. Народ тут жил разный, кто своим хозяйством, а кто – рабочим трудом, подворья уходили чуть ли не на полверсты в разные стороны, хозяин телеги, на которой должны были удрать бандиты, обитал в последнем доме возле самого леса. Обычный пятистенок из потемневших от времени бревен с резными наличниками, покрытый дранкой и обнесенный редким частоколом, был заперт на висячий замок. Из холодной части доносилось кудахтанье, телега без лошади стояла поодаль.
– Герасима ищешь? Так нет его, – сказала соседка, с интересом разглядывая гостя. – Вчерась приехал под самую ночь, да рано утром, как живность покормил, в лес ушкандыбал, с ружьишком, значит.
– Ищу. Когда вернется?
– Да кто его знает, может, к завтрему, а может и через неделю, он на голову-то плохой, на войне контуженный, что там взбредет, одному Богу известно. А ты по какому делу-то к нему?
– Да приятеля он моего подвозил вчера, так я его забрать должен. Может, в доме оставил или с собой увел?
– Нет, один он приехал, без приятелей, – женщина поджала губы, – все бормотал чего-то, да и лошадка хромала, сейчас вон у меня стоит без толку, ветеринара нашего дожидается.
– Под ночь, говоришь, приехал, – задумчиво сказал Бейлин, спрашивая скорее себя, чем собеседницу, – и лошадь хромая. Наверное, все-таки заезжал куда еще?
Поезд столкнулся с товарняком, когда еще полудня не было, перестрелка и бегство Травина заняли не больше часа. По карте от того места до Дятлово было не больше десяти верст. Лошадь, пусть даже с поврежденной ногой, не могла тащиться больше трех-четырех часов по накатанной дороге.
– В Коростельку он должен был заехать, Лукича завезти да приятелей его, бездельников да хулиганов, ух, житья от них нет. Они, мил человек, встретиться должны были, за Герасимом-то должок имелся, так он хвастался, что враз отработает, а уж как, не знаю и знать не желаю. Небось, там и засиделся, у Лукича, по такому-то случаю.
Митя точно знал, что никакого Лукича в Коростельку Герасим не подвозил. Лукич сейчас лежал в морге где-нибудь в Барабинске или Убинском, смотря куда отправили тела бандитов, так что задерживаться в соседней деревне хозяин телеги наверняка не стал. По карте выходило, что ехать Герасиму было особо некуда, разве что в Кандугловку, но там мужчина точно не появлялся, это Митя успел выяснить у близнецов, пока те еще могли разговаривать.
– Я бы заплатил, – сказал Бейлин, – если бы кто этого Герасима для меня нашел.
– Много платишь? – тут же оживилась соседка.
– Восемь рублей, приятеля уж больно найти надо, без него вернуться не могу.
Он мог бы предложить столько, что вся деревня этого извозчика из-под земли достанет, но чужак с лишними деньгами становился лакомой добычей для местных. И так Митя сказал, на его взгляд, лишнее – если Герасим подвозил кого-то из чужих, возникнет вопрос, почему не Лукича. Оставалось надеяться, что или соседка не сообразит связать два факта, или ей банально не хватит на это времени.
– Ну надо так надо, – согласилась женщина, – сейчас Ваньку пошлю, пущай по лесу пробежится, авось найдет, а ты на улице-то не стой, иди к нам, я тебя накормлю чем бог послал.
Пока Бейлин располагался в горнице, Ванька, рослый пацан лет тринадцати, нацепил треух и валенки, спросил, что узнать у Герасима, и умчался в лес. Соседская собака на появление добермана отреагировала нервно, но тот, не обращая внимания на заливистый лай, прошел вслед за Митей в дом и улегся в углу.
– Собачка покормлена, – ответив на взгляд соседки, сказал Бейлин, – не беспокойтесь. Да и я обедал плотно, только чаю попью, если нальете.
Обстановка в горнице была скудной и бедной, объедать хозяйку он не хотел, да и съеденный обед еще не до конца переварился. Женщина поставила на стол варенье, нарезала хлеб, и пока раздувала самовар, Митя разглядывал фотографии на стене. Там хозяйка была с мужчиной и тремя детьми, одного из которых, убежавшего в лес Ваньку, Митя узнал. Про остальных спрашивать не стал, не его это дело, да и мало ли что, в деревнях дети умирали чаще, чем в городах, хорошо если доживала половина до подросткового возраста. Хозяйка сама завела об этом разговор.
– Ванька-то у меня один остался, – пожаловалась она, – и так детей Бог в достатке не дал, да еще и померли вот, от лихоманки, и Панкрат, и малые. Сейчас-то в селе пункт есть с фельдшером, если что, и в город отправят, а раньше хорошо если доктор за неделю объявится, и то денег стребует, а откуда их взять. Вот, корова выручает, только налог на нее большой, да еще за сено платить, не наберешься.
Какое-то время она жаловалась на свою тяжелую жизнь, Бейлин кивал молча, прихлебывая чай из трав, его от тепла разморило и клонило в сон. Ванька прибежал через час.
