Читаем Беглец онлайн бесплатно
Передний тамбур первого вагона встретил его пятнами крови, откуда они взялись, Бейлин увидел, пройдя чуть дальше. Переступил через валяющиеся на полу тела и зашел в отсек, который занимали сотрудники ОГПУ. Здесь было пусто, Травин исчез. Дмитрий осмотрелся, подергал запертые ящики стола, потом поднял глаза вверх и увидел ручку портфеля на верхней, третьей полке. Внутри лежали личные вещи – вафельное полотенце, пара рубашек, нижнее белье, чистые портянки и запасные брюки. Бумаг в портфеле не было, на всякий случай Бейлин вспорол подкладку портфеля, пошарил, но ничего не нашел. Значит, то, что он искал, было или у Липшица, или у Травина. Митя склонялся к первому варианту, не мог же помощник уполномоченного быть настолько тупым, чтобы не проверить вещи подозреваемого. И если наткнулся на шифровку, то наверняка об этом никому не сказал, припрятал у себя.
– Где его носит, – пробормотал Митя и обернулся на звук.
В дверном проеме стоял проводник и пялился на него.
– Где арестованный? – Бейлин слез с дивана.
– Так эта, убег, – растерянно сказал пожилой мужчина, – отобрал ключи и убег. И сказал, мол, чтобы я отседова подальше держался.
– Непорядок, – Митя помахал удостоверением, – а товарищ Липшиц где?
– Так пошли выяснять, что за состав на путях, значит, к переду, только не вернулись они.
– Вот как. Убийца, значит, сбежал, а Липшиц за ним. Вещички здесь остались, видишь? Возьми и запри где-нибудь, следствию отдашь. А потом сиди здесь, охраняй до прибытия ГПУ.
Зачем охранять трупы и пустое помещение, Митя объяснять не стал, но проводник, получив четкий приказ, приободрился, кивнул, прижал портфель к груди. Бейлин неудачно наступил в лужу крови, поспешил обратно, в пятый вагон. В салоне собирались люди, казалось, отовсюду, Митя едва протолкался между ними, постучал в дверь купе Пупко.
– Милиционеры отстреливаются, – доложил он Викентию Павловичу, – бандитов не видел, но они точно есть.
Перехватив взгляд Лапиной, Митя едва заметно покачал головой.
– А что с Травиным? – спросила Варя.
– Сбежал. Убил охрану и сбежал. Любой преступник на его месте поступил бы точно так же.
– Надеюсь, его пристрелят, – мстительно сказал Пупко. – Чего встал, давай-ка, братец, помоги милиции, каждый ствол на счету.
Сам он никуда идти не собирался.
Промежуток между паровозом и последним вагоном товарняка был совсем небольшим, сцепку разнесло в хлам, и оба состава почти соединились. Травин без приключений добрался до второго с конца вагона – насыпной платформы со щебнем, и полез наверх. Подтаявший камень расползался, Сергей зажал карабин в руке, вбил в камни ботинок поглубже и подтянул тело вверх.
Наверху, на куче щебня, лежал агент Марочкин. Он держал револьвер в руках и целился в сторону стрелка. Появление Травина первым обнаружил доберман, он тихо зарычал, но нападать не стал.
– Тебя каким ветром занесло? – агент приподнял голову, косо взглянул на Сергея. – Как выбрался?
Марочкин был одет в меховую жилетку, на плече левой руки расплывалась кровь. Говорил он тихо, почти шепотом.
– Долго объяснять, – Сергей улегся рядом, машинально погладил пса, – из нагана его не подстрелишь. Сильно зацепило?
– Пустяки, по касательной.
– Остальные где?
– Засели отсюда за соседним вагоном, ждут.
– Чего?
– Когда их приятель нас всех как в тире перестреляет, меткий, зараза, – сплюнул Марочкин. – Я тут уже минут десять лежу, их переговоры слышу, не стесняются, прям в голос орут, что, мол, если не сдадимся, по окнам начнут стрелять, по пассажирам, у них где-то еще пулемет припрятан. И Липшица, ну чекиста нашего, убьют.
– Врут, наверное. Был бы припрятан пулемет, сейчас весь поезд в решето бы уделали.
– Может и так. Сами они соваться не хотят, под пули лезть дураков нет, так терпение заканчивается. Может, сбегут, не выдержат.
– С нашей стороны потери есть?
– С нашей, – усмехнулся агент, – смотри, как заговорил. Я еще не решил, с какой ты стороны, может, с ихней.
– Так есть?
– Да, Лепехина подстрелили, – Марочкин помрачнел, – вылез, дурак, на свет, тут его и сняли. Вон там валяется. Машинист у них сидит, все разболтал, и что чекистов двое всего, и что милиции четверо, точнее, теперь трое. Ну и товарищ помощник уполномоченного улегся где-то там, по их словам, дышит, но не в себе. Значит, нас осталось четверо.
Слово «нас» агент подчеркнул особо. Травин не стал говорить, что и второго чекиста тоже нет в живых, протянул Марочкину карабин.
– Справишься?
– Не дурней тебя, – агент забрал ружье.
– Значит, говоришь, в двух вагонах отсюда?
– Их там четверо, то ли с ружьями, то ли с обрезами, палят в молоко, один было высунулся с этой стороны, но Сидорчук чуть не попал, теперь хоронятся, на своего товарища надеются. Пока этого не снимем, – Марочкин кивнул в сторону стрелка, – так и будем на месте стоять, кто быстрее замерзнет. Я уже почти околел, ты вон тоже в пиджачке не по сезону.
– Меня твой Сидорчук не снимет?
– Может, хватит ума, ты же не в его сторону бежишь. Как все закончится, обратно сдавайся, тут места обжитые, нигде не скрыться, а уже следствие разберется, виноват ты или нет.
