Читаем Лехаим! онлайн бесплатно
– Там за углом комендатура, – махнул рукой капитан-интендант. – Я только что звонил жене во Фриско. А тебя, парень, каким ветром сюда занесло?
– Майкл Блюм, инженер с «Дженерал электрик».
– Удачи, Майк! – интендант приложил ко лбу сдвоенные пальцы. – Капитан Энтони Дианджелло.
– Ю ту, Энтони, – ответил Моня.
Еще в Пенемюнде Моня выменял за две бутылки водки и пару пачек «Казбека» у хозяйки, где его определили на ночлег, качественный двубортный костюм не вернувшегося с фронта хозяина, а главное – поменял свои «скороходовские» сандалии на туфли из хорошей кожи. Потом, одолжив у полковника из конструкторского бюро Лавочкина еще бутылку, добавил и остальную мелочь: шляпу, сорочку, пару галстуков, носки, резинки к ним.
Когда он утром на завтрак явился в общую столовую, Королев заметил:
– Вы, Моисей Соломонович, настоящий… – он на мгновение запнулся, а потом продолжил: – коммерсант. Зря времени не теряете.
– В Москве на мой размер трудно костюм купить, а тут оказия подвернулась, – оправдался Моня.
– Вот что значит знать язык, – заметил генерал госбезопасности из группы поиска специалистов, которая почти вся разъехалась с приданными автоматчиками. – Со знанием немецкого никогда не пропадешь!
– Я, товарищ генерал, говорю на английском, французском, фарси, – глупо похвалился Моня.
– Правильно, товарищ химик, сегодня они союзники, а завтра, очень может быть, ваше знание языков пригодится Родине.
– Я думаю, – заметил Королев, – пригодится прежде всего голова…
– И голова туда же, – генерал не терпел, чтобы кто-то, а не он завершал беседу.
У сержанта первого класса в белой каске с надписью «МР» и белых гамашах, стоявшего на посту перед комендатурой, Моня спросил, как пройти на коммутатор. Сержант лениво показал, куда идти по коридору. Дальше Моня ориентировался на крики посетителей узла связи. На ресепшене красовалась обеспечивающая связь жгучая брюнетка в военной форме и пилотке, пережимаемой наушниками. Она принимала вызовы.
Обмахиваясь шляпой, Моня попросил срочно соединить его с Парижем.
– Сэр, здесь военные линии связи, а вы, как я вижу, гражданский. Мне нужно разрешение коменданта.
– Так позвоните ему срочно. Дорога каждая минута. Я Майкл Блюм, инженер из «Дженерал электрик». Если я не свяжусь с нашим главным офисом, то в Берлине отключат электричество. И вы окажетесь за своим прилавком в полной темноте.
Моня еще не закончил страстного монолога, а девушка уже кому-то передавала в трубку его слова.
– О’кей, сейчас соединю с Парижем, третья кабина. Но после разговора старший дежурный попросил вас, мистер…
– Блюм, – на ходу крикнул Моня.
– Подняться к нему в кабинет.
– Париж, – закричал Моня, – мне Монмартр 17-20.
Этот телефон Моня помнил с тридцатых. Он прошел, повторяя его, через войну, госпиталь, встречу с Байбаковым и свою секретную библиотеку-лабораторию в Москве.
– Монмартр 17-20, – повторил он и привалился к стенке кабинки, уперев ноги в противоположную. Они его не держали.
В трубке что-то щелкнуло, и молодой голос спросил: «Але?»
Моня заплакал.
– Але, – повторилось в трубке, – папа, это ты?
Моня взял себя в руки. Откашлялся.
– Да, это папа, Соломон. Как дела?
– Все в порядке, папа, готовлюсь к дипломным экзаменам в Сорбонне. Я изучал медицину. Я хирург, папа, – добавил Соломон.
– Ты разве уже закончил школу?
– Папа, мне уже двадцать четыре… Я воевал в маки. Это наше Сопротивление.
Тут Моня не выдержал. Слезы текли, он не мог их остановить.
– Не плачь, папа, у нас все хорошо!
– А где мама? – сквозь рыдания сумел произнести Моня.
– Мама в Берлине, она операционная сестра в военном госпитале. Ты скоро приедешь?
– Нет, сынок. Надо еще потерпеть. Но ты должен знать – я ни на секунду, никогда не забывал о тебе.
– Я знаю, папа. И мама всегда говорила, что ты каждый день молишься за меня, потому что ты настоящий идише-папа.
– Она, как всегда, права. Я должен с тобой прощаться. Но я обязательно вас найду…
– Позвони маме, папа. Она всю войну жутко за тебя переживала…
– Соломон, я тоже воевал. Я был ранен. У меня есть награды.
– Я горжусь тобой, папа!
– Как и я тобой! До свидания, мой сыночек.
– До скорого, папа.
Моня сполз по стенке на пол и сидел, уронив голову между согнутых ног.
Его потрясли за плечо. Над ним стояла девушка с ресепшена со стаканом воды.
– Успокойтесь, мистер Блюм. Как только вы придете в себя, я соединю вас с госпиталем. Я знаю вашу жену, она потрясающая женщина.
Плечи Мони снова затряслись. Девушка поставила стакан рядом с ним на пол и ушла.
Прошло несколько минут, и трубка в руках Мони ожила.
– Моисей! Мозес! Моисей, говори, не молчи!
– Здравствуй, Энн, – сумел, откашлявшись, сказать Моня, не вставая. Он отпил воды и вновь поставил стакан на пол.
– Моисей, слушай меня внимательно. Выйди из комендатуры. К тебе через пять минут подъедет наш хирург, он уже в пути, мы недалеко. Я дала ему твою фотографию. Ты очень изменился?
– Не знаю. Наверное, постарел.
– Он все равно тебя узнает. Мы говорим с тобой по военной линии, нельзя занимать ее долго, но я уже знаю, что ты звонил в Париж…
Моня слушал и не слышал. Он наслаждался голосом жены.
