Читаем Лехаим! онлайн бесплатно
Потом он поднял с пола костыль и захромал на кухню. С памятного дня конца лета 1941 года на ней ничего не изменилось. Даже газ по-прежнему давали. Моня поставил на огонь чайник, сел на табуретку, закурил и задумался. За окном медленно растекался полноценный апрельский рассвет.
Сверяясь с запиской, Моня добрался до нужного адреса. Ничем не примечательный дом в Варсонофьевском переулке. У входной парадной двери трехэтажного, явно в прошлом доходного, дома висела вывеска неизвестного Моне учреждения. Следуя указаниям караульного снаружи, Моня вошел не в главный вход, а в калитку, врезанную в глухие деревянные дворовые ворота. Теперь он очутился в закрытом широком предбаннике, который освещало несколько ярких ламп, висящих над арочным сводом. Следующие ворота были уже металлические, с большими жестяными красными звездами. Перед ними стояли автоматчики. Моня на всякий случай расстегнул шинель. Один из охранников с лейтенантскими кубиками на синих петлицах прочел записку и сказал:
– Выйдите во двор, слева дверь, второй этаж, комната два-ноль-два. Прошу проходить, не задерживаться.
Другой караульный, в звании старшего сержанта, зачем-то положил руку на кобуру, третий открыл теперь уже металлическую калитку.
Двор, куда попал Моня, оказался просторным, но заставленным военной техникой. В основном это были автомобили различных марок под камуфляжем, но среди них попадались и танкетки, и трофейные бронетранспортеры с закрашенными крестами. Вся техника стояла под навесами с нарисованными на них крышами несуществующих сооружений, поэтому с воздуха военизированный двор, должно быть, выглядел как цепочка складских помещений. Так Моня обнаружил, что в самом центре Москвы находится секретная военная база.
Моня постучал в указанную дверь. Ему открыли, и он оказался в небольшом зале, где уже расселись по рядам молодые ребята в военной форме без знаков отличия. Отдельной стайкой выделялась группа гражданских среднего и старшего возраста, занявшая первые ряды.
На маленькой сцене, точнее на возвышении, стоял стол президиума. За ним уже сидел замнаркома Байбаков, а рядом с ним… курил Фима.
– Присоединяйтесь, Моисей Соломонович! – замнаркома махнул Моне рукой, показывая на свободный стул рядом с Фимой.
Через минуту замнаркома встал.
– Нам предстоит выполнить приказ товарища Сталина. Вчера Верховный Главнокомандующий назначил меня уполномоченным Государственного комитета обороны по вопросам организации и управления нефтяными скважинами и нефтеперерабатывающими предприятиями в Кавказском регионе. Летнее наступление немцев будет, скорее всего, на Кавказе. Гитлер не должен получить ни грамма кавказской нефти, – рубанул рукой воздух Байбаков. Закончил он следующими словами:
– Научный руководитель операции – Моисей Соломонович Левинсон (Моня встал, поклонился). Командир боевой части операции – майор госбезопасности Алан Калоев (Фима кивнул).
Моня, повернувшись к Фиме, спросил:
– Ты теперь дагестанец?
– Лезгин, – коротко, но заикаясь, ответил Фима.
– Давайте выслушаем предварительные соображения товарища Калоева, – объявил председатель.
Фима встал, двумя большими пальцами провел за ремнем на габардиновой гимнастерке.
– Поле скважин на майкопском направлении наступления немцев большое, а силы у нас ограниченные. Все разбиты по группам. Каждая группа принимает участок в пять километров по фронту и на неопределенную глубину. В каждой группе два радиста и сотрудник наркомата нефтяной промышленности. Первый радист с охраной дозорные на передовой, второй – в группе. Каждой группе придается…
– Позвольте, – встрял со своего стула Моня, – уважаемый Аслан.
– Алан, – поправил Ефим, не глядя на друга детства.
– Извините, Алан, не помню, как по батюшке.
– Аланович, – не разжимая рта, просипел Фима.
– Так вот, друзья, – Моня тоже встал, опираясь на костыль. Диверсанты с интересом разглядывали старика в солдатской форме с двумя главными военными медалями «За отвагу». – Бессмысленно так распылять силы. Извините, Адам Адамович…
Фима поморщился, но стерпел.
– Необходимо сразу по прибытии вывезти все оборудование с низкодебетных скважин, а их взорвать. Тогда остается реальный шанс сохранить полный контроль над основными скважинами, дающими почти восемьдесят процентов всей добываемой в регионе нефти, которые в случае отхода придется уничтожать вместе с насосами и трубопроводом…
Зал внимал Моне. Байбаков согласно кивал.
Во дворе, когда все расходились и уехала машина замнаркома, Моня и Фима отошли в сторону.
– Ты знаешь, Фима, я совсем не удивился, когда тебя увидел.
– Пойдем, дважды отважный еврей, выпьем, я угощаю, – ответил Алан Аланович. – Ты, как всегда, самый умный…
– А ты, Фимка, чего заикаешься и дергаешься?
– Контузило…
– И где?
– Под Ровно.
– Где-где? Там же немцы.
– Моисей, много будешь знать – скоро состаришься.
